Спецслужбы
26.08.2017

Полковник «Щегол» - покровитель «свинороев»

Полковник «Щегол» - покровитель «свинороев»
  • Александр Щеголихин. Фото expensis.ru
Из жизни офицеров песчаных карьеров

Заместитель начальника Следственного комитета по Московской области Александр Анатольевич Щеголихин хорошо зарабатывает на нелегальной добыче песка и нерудных материалов в Подмосковье

- Хочешь заниматься песком? Тебе нужно порешать со «Щеглом», -  говорит бизнесмен своему заинтересованному товарищу во время деловой встречи в ресторане «Генацвале» на Остоженке . – Без него не стоит и пытаться».

Для справки, «Щеглом» зовут за глаза в очень узких кругах замначальника СКР по Московской области полковника Александр Щеголихина. Именно он, а не правительство Московской области, на самом деле владеет ключами к подмосковным недрам и, как следствие,  быстрому обогащению. По приблизительным подсчетам, через этого офицера Следственного комитета России ежегодно проходит не менее 400 миллионов рублей денег «песочной мафии».

 

Песчаные прииски


Нелегальная добыча природных ресурсов в России традиционно называется «черной», вне зависимости от цвета того или иного полезного ископаемого. Этот свободный от налогов и лицензий бизнес процветает: в Кузбассе «черные копатели» разрабатывают нелегальные угольные разрезы, на Дальнем Востоке «черные лесорубы» подчищают тысячи гектаров тайги ежегодно, в Бурятии своя «тема» - нефрит, в Магаданской области – золото. Список можно продолжать, даже в Подмосковье есть чем поживиться, месторождения нефти и драгоценных металлов отсутствуют, но есть песок и песчано-гравийный материал (ПГМ): более 500 разведанных месторождений, с двумя миллиардами кубометров прогнозных запасов сырья. Кто копает и кто продает главное полезное ископаемое Подмосковья – знают немногие. Самый банальный материал благодаря соседству с крупнейшим рынком недвижимости в стране, стал буквально золотым для криминальных бизнесменов, которых журналисты пафосно называют «генералами песчаных карьеров». Но у них есть другое прозвище, пусть и не такое благозвучное – «свинорои».

Об их существовании все знают, власти региона, полиция, они не прячутся, потому что невозможно спрятаться, все на виду. «Свинорои» варварски уничтожают природу, ради самого ценного - мытого песка, выкачивают небольшие пруды в лесах и портят речки, оставляя после себя котлованы, заполненные нелегальным мусором, они не платят налоги, сбивают цены на рынке нерудных материалов, но у них есть важная экономическая функция – обеспечивать поставки песка и ПГМ на стройки Москвы и другие инфраструктурные проекты.

Официально борьба с этим злом ведется, губернатор Андрей Воробьев говорил про это еще в 2014 году, есть даже некоторые успехи, министр экологии и природопользования Московской области Александр Коган утверждает, что за последние два года половина нелегальных копателей перешли на «сторону добра и света» и исправно платят налоги.

Порядка 40-50% добычи - около 10 млн кубометров нелегальной добычи - перешло в легальную", - заявил  недавно господин Коган. - За 2016 выявлено всего 16 случаев незаконной недродобычи при рассчитанной сумме ущерба, нанесённого окружающей среде, 550 миллионов рублей. В 2017 году ущерб составляет всего 100 миллионов рублей».

Но по факту, в результате этой борьбы произошла консолидация рынка, мелкие игроки ушли в тверские леса (в прямом смысле), а серьезные «свинорои», несколько сократили и изменили масштаб своей деятельности. Работают, но теперь уже под крышей СКР по Московской области: легализовали свои раскопы, даже платят налоги, показывая 10% реальной добычи, остальное, как и прежде, уходит на «черный рынок». В этом и заключается смысл подслушанного разговора компании бизнесменов в столичном ресторане про необходимость переговоров с неким «Щеглом» о песке.

По факту, несмотря на бодрые отчеты о том, что с 2015 года нелегальная добыча песка и ПГМ в Подмосковье сократилась в три раза, на деле это похоже на борьбу с ветряными мельницами. Вместо одного закрытого нелегального карьера появляется новый, только теперь «свинорои» работают под прикрытием Александра Щеголихина.

Нелегальная добыча песка в Подмосковье довольно доходна и практически безопасна, если ты договорился с нужными людьми. Устроен бизнес на песке очень рационально и юридически продумано. На первом этапе у местных властей некой фирмой получается лицензия на копку пожарного пруда, строительство теплиц, рыбного пруда, ведение фермерского хозяйства на территории, где есть разведанное еще в советское время месторождение песка. Разумеется, ничего подобного там не будет – но формально, разрешение на хозяйственную деятельность получено. Владельцы этой фирмы – не «свинорои», а авторитетные бизнесмены с хорошими связями, у них есть геологическая информация о запасах разведанных месторождений и административный ресурс. По сути, они зарабатывают на продаже участков «свинороям»- бизнесменам. Последние, в свою очередь, нанимают рядовых копателей для ведения работы.

Сама нелегальная добыча ведется с помощью трех разных организаций, хотя настоящий владелец у них один: одна – копает, другая – складирует, третья вывозит. Техника принадлежит еще какой-нибудь фирме или вообще, зарегистрирована на частных лиц. Практически все рабочие-копатели – граждане Украины или Беларуси Киргизии или Армении.

Формально, копать ямы (неглубокие, конечно) не запрещено, складировать песок - тоже не преступление и даже не административное правонарушение. Третья фирма, продающая песок имеет все документы, что купила его для перепродажи легально, например, в Тверской области. Продажа ведется по поддельным документам или за нал, тем же подрядчикам крупных госзаказчиков, чтобы не платить налоги. Занимаются песочными делами разные люди, не обязательно из Московской области, и не обязательно с криминальным прошлым, есть чеченцы, дагестанцы, армяне и еще много кто. Все, кто не боится рискнуть, кому нужны быстрые деньги и у кого есть связи в правоохранительных органах. Работают все эти фирмы всего один сезон, потом ликвидируются. В следующем году все начинается снова.

Пока никого из крупных «свинороев» не посадили, задерживают только водителей и водителей экскаваторов, максимум, прорабов. Дело не только в мощной «крыше» Следственного комитета России - их существование экономически выгодно воротилам московского строительного бизнеса, отмывающим миллиарды через своих подрядчиков только на строительстве дорог. В половине случаев скупают за счет бюджетных средств, выделенных на строительство, ископаемые, добытые в нелегальных карьерах. То есть, практически покупают украденные у государства ресурсы на государственные деньги.

Размеры и доходность бизнеса «свинороев» впечатляют. По официальной статистике, добычу песка в Московской области ведут 10 крупных компаний, занимающие 95% этого рынка. Годовой объем легальной добычи песка и ПГМ в 2016 году - порядка 40 млн. кубометров, однако, не менее 15-18 млн кубометров в год составляет нелегальная добыча, с учетом того, что «свинорои» продают песок дешевле, это все равно впечатляющие 3-4 млрд рублей за сезон.

Секрет живучести и даже неуязвимости нелегальных добытчиков песка не только в продуманной схеме бизнеса, но и в покровительстве со стороны людей в погонах. Ни посадок и доведенных до суда уголовных дел нет, потому что есть инвесторы в погонах, которые заинтересованы в получении десятков и сотен миллионов рублей за один летний сезон. Если под давлением общественности и СМИ какой-то нелегальный карьер накрывают, то в 9 случаях из 10 это квалифицируется как незаконное предпринимательство (административная ответственность), хотя это в чистом виде кража государственной собственности в особо крупных размерах, то есть уголовная статья. Но даже если дело возбуждено, как например, в 2014 году после хищения в Солнечногорском районе, на территории сельского поселения Лунево песка на сумму более 200 миллионов рублей, совсем необязательно, что виновные понесут ответственность по закону.

Подобные дела тянутся в СКР годами в качестве «приостановленных до появления новых фактов и обстоятельств». Первому заму руководителя Главного следственного управления СКР по Московской области полковнику Щеголихину нет никакого экономического смысла их расследовать, как и закрывать тоже. В обоих этих случаях, закрытия или доведения до суда, возник бы вопрос: куда исчезла арестованная в качестве вещдока техника? А техника – с новыми ПТС тихо ушла работать на другие нелегальные карьеры и приносит доход другому «свинорою» и его покровителям в погонах.

Вилла в Барвихе и фальшивая декларация о доходах

Полковник Александр Щеголихин в Следственном Комитете России на хорошем счету, на его белоснежном полковничьем мундире нет ни пятнышка, как и в его прекрасной карьере. Декларация о доходах – чиста как слеза, но это полная профанация: скромная двухкомнатная квартира площадью 44,6 Москве, дача 12 соток, видавший виды Ниссан «Теана», Рено «Логан» у супруги.

Но при этом Александра Щеголихина часто можно видеть в Барвихе, ведущим размеренную жизнь на роскошной вилле площадью 800 кв. метров, припаркованные рядом автомобили все сплошь роскошные Мерседесы и Мазератти. Можно сказать, что чья-то роскошная жизнь построена в прямом смысле на песке. Наверное, это лишь малая, видимая часть его реального состояния, потому что через его руки, как вода через песок, проходит миллиарды рублей от подмосковных бизнесменов-«свинороев».