Спецслужбы
12.09.2016

Фридинский «подвис»

Фридинский «подвис»
  • Сергей Фридинский. Фото "Паритет-пресс"
Главная военная прокуратура накануне перетряски

Главную военную прокуратуру ожидают большие изменения. В частности, «Росбалт» пишет, что «с начала следующего года Главная военная прокуратура как фактически отдельное ведомство, находящееся на балансе Минобороны, будет ликвидировано. Его сотрудники сменят военные погоны на прокурорские, все материально-техническое обеспечение ГВП будет передано из ведения Минобороны в ведение Генпрокуратуры. Более того, предполагается, что статус Главной военной прокуратуры будет понижен до управления, входящего в состав ГП РФ».


Ему вторит «Коммерсант»: «после передачи финансового обеспечения военного надзора в Генпрокуратуру ГВП со временем может быть преобразована в спецуправление в составе гражданского надзорного ведомства».


Интересно, что все источники приведенных ведущих СМИ сходятся на том, что в результате этих преобразований свою должность может покинуть занимающий в настоящее время пост Главного военного прокурора – заместителя Генерального прокурора Сергей Фридинский.


Сотрудники ГВП, конечно, недовольны этими изменениями – это и понижение статуса, и лишение множества льгот, положенных военнослужащим. Поэтому, со своей стороны, ГВП развернула информационную кампанию, направленную на сохранение своего статуса: «сотрудники Главной военной прокуратуры России после перевода ведомства в ведение Генпрокуратуры сохранят статус военнослужащих, сообщает ГВП… военные прокуроры "сохраняют статус военнослужащих, продолжают проходить военную службу на замещаемых должностях без переаттестации и переназначения".


Поможет ли это ГВП – мы узнаем уже через несколько месяцев. Но уже сегодня со всей определенностью можно сказать, что сохранением своей должности – все равно, с понижением статуса или нет - всерьез озаботился Главный военный прокурор Сергей Фридинский. Иначе трудно объяснить его иск о защите чести и достоинства к популярному сетевому изданию The Moscow Post.


Всю деятельность Фридинского на посту Главного военного прокурора сопровождали многочисленные скандалы, связанные с квартирными и земельными махинациями, «прикрыванием» близких ему людей, и, напротив – чрезмерно жестким отношением к другим людям, в частности, генералам, прошедшим горнило боев и сражений, и многое другое. Но, пожалуй, наибольший социальный резонанс вызвала «барская» поездка на Дальний Восток, богато проиллюстрированная компрометирующими фотографиями.


Обо всем этом писали многие СМИ, и остается лишь гадать, почему иск он подал именно к изданию The Moscow Post. Возможно, потому, что лишь редкие проделки Главного военного прокурора оставались без внимания его журналистов. И покровители Фридинского в высших эшелонах власти посоветовали ему попытаться обелить себя этим судебным иском, даже без особой надежды выиграть дело в суде – это, мол, будет способствовать тому, чтобы тот сохранил свою должность.


Но это вряд ли поможет ему, так как скандалы вокруг его деятельности продолжают множиться – вот только один из «свежих», которым сейчас занимается Главное военное следственное управление. Информация об этом «утекла» из самой Главной военной прокуратуры, а затем была подтверждена источниками в военном следствии.

Вот некий Гурулев О.А – старший помощник военного прокурора Омского гарнизона, советник юстиции. С 2002 по 2011 год он служил по контракту в прокуратуре Омского гарнизона. По окончании срока контракта он выбыл из списков личного состава гарнизона, в центре социального обеспечения военкомата ему была назначена военная пенсия за выслугу лет. Вроде все как обычно, ничего особенного.
Но буквально чрез несколько недель после назначения ему пенсии он подал заявление о приеме на работу… в ту же самую военную прокуратуру Омского гарнизона на должность старшего помощника военного прокурора. И при этом «забыл» сообщить об этом в военкомат – хотя, конечно, как юрист и прокурор не мог не знать, что такое трудоустройство влечет за собой наступление обстоятельств, лишающих его права на получение пенсии по выслуге лет. Это ведь по сути получение двойной зарплаты за один и тот же труд – что, конечно, учтено в законодательстве.


И с августа 2011 по декабрь 2015 года Гурулев получал и зарплату, и пенсию, обокрав государство ни много ни мало как на 1,5 млн.рублей. И так бы и продолжал все это, если бы в военкомате не нашелся дотошный и грамотный юрист, который вывел его на чистую воду и дал делу ход.


Когда же это дело дошло до Главного военного следственного управления и там всерьез занялись им, выяснилось, что это далеко не единичный случай, а преступная схема, по которой работает множество людей, связанных с военной прокуратурой. Отслужив некоторое время в военной прокуратуре в качестве военнослужащих, военно-прокурорские работники оформляли себе военную пенсию и возвращались на прежнее место работы уже в качестве гражданских сотрудников, получая при этом и пенсию, и зарплату.
Дальнейшее расследование показало, что ниточки этой преступной схемы могут вести к самому Фридинскому. Не исключено, что и сам он получает доходы по такой же схеме. Это пока не установлено, но косвенным подтверждением этого является подписанный им приказ от 30.12.2015 г. №201 "Об установлении ежемесячной надбавки к денежному содержанию военнослужащим и гражданским лицам, замещающим воинские должности прокурорских работников в органах военной прокуратуры, имеющим право на пенсию за выслугу лет", согласно которому ежемесячная надбавка к денежному содержанию установлена как минимум 24 гражданским лицам, замещающим воинские должности прокурорских работников в военной прокуратуре, имеющим право на пенсию за выслугу лет.


Насчет подобной двойной оплаты одного и того же труда существует четкое и недвусмысленное решение Конституционного суда от 08.03.2004 №6-П, которое категорически запрещает подобную практику.


Интересно, что когда начало раскручивать дело с Гурулевым, Главная военная прокуратура обратилась в Конституционный суд с просьбой разъяснить это решение 2004 года. При анализе поданных Главной военной прокуратурой в Конституционный суд документов, однако, создается впечатление, что единственная цель, которую она преследовала – это имитировать создание спорной ситуации.
Сразу после решения Конституционного суда 05.11.2015 №2500-О-Р, в котором заявлено, что все уже разъяснено в решении 2004 года, оно окончательно, обязательно к исполнению и обжалованию не подлежит – военные прокуроры начали незамедлительно требовать от своих сотрудников писать заявления в военкоматы на предмет прекращения получения военных пенсий.


То есть – в Главной военной прокуратуре сделали хорошую мину плохой игре – мол, не поняли решение от 2004 года, поэтому никаких злоупотреблений нет, просто ошибка, которую мы сейчас исправим. Хотя никаких новых решений Конституционный суд в 2015 году не принимал, просто указал, что все решено уже в 2004 году. А государству был нанесен ущерб в сотни миллионов рублей – за что, между прочим, никто так до настоящего времени и не ответил.


А сам Фридинский ухитрился обойти и это решение Конституционного суда – впрочем, для особо приближенных лиц – тут же издав вышеупомянутый приказ, в котором пенсии, которые военкоматы перестали выплачивать прокурорам, были заменены ежемесячной надбавкой. Те же деньги, просто из другого кармана, но опять – государственного.


Конечно, вся эта информация находится в распоряжении тех лиц, от которых зависит и окончательное решение по статусу Главной военной прокуратуры, и лично по судьбе Фридинского.


Вряд ли любое решение суда по его иску к The Moscow Post окажет существенное влияние на это решение. Хотя, думается, что если издание обратится с ходатайством в Главное военное следственное управление по фактам, изложенным в статьях издания, оно получит все необходимые документы, доказывающие правдивость этих фактов.


Злоупотребления Фридинского сыграли злую шутку с Главной военной прокуратурой. Судя по всему, предел терпения лиц, принимающих решения, подошел к концу, и его «делишки» сыграли заметную роль в том, что вопрос о понижении статуса ведомства вообще стал в повестку дня. Но как бы там ни решили в конечном итоге – все говорит за то, что военно-прокурорским работникам надо готовиться к новому начальнику.