Спецслужбы
22.01.2016

Лондонский суд зафиксировал убойную силу президента РФ

Лондонский суд зафиксировал убойную силу президента РФ

  • Владимир Путин и Николай Патрушев (справа). Фото Getty Images
Александр Литвиненко был убежден, что между тамбовской ОПГ и сотрудниками КГБ, включая Владимира Путина и Николая Патрушева, "существовал сговор"
Что установил суд

litvpdf
Расследование британского суда. Скачать документ в формате .pdf

В четверг судья Высокого суда Лондона сэр Роберт Оуэн представил свое решение по делу о гибели экс-сотрудника ФСБ Александра Литвиненко. Одновременно отчет об этом решении в парламенте (палате общин) зачитала министр внутренних дел Тереза Мей.

С января по июль 2015 года Оуэн провел судебные публичные слушания (Public Inquiry), его целью было установить причины и факты гибели Литвиненко. До этого расследованием дела занимался Скотленд-Ярд, а с 2011 года в Высоком суде Лондона проходило судебное дознание, которое не увенчалось успехом. Великобритания добивалась экстрадиции депутата Госдумы, бывшего сотрудника ФСБ Андрея Лугового и предпринимателя Дмитрия Ковтуна, который ранее также работал в ФСБ.

Во время нового судебного процесса судья допросил несколько десятков свидетелей и изучил секретные документы спецслужб. Еще полгода ему потребовалось, чтобы вынести решение, которое он написал на 329 листах (опубликовано на The Litvinenko Inquiry).

Роберт Оуэн пришел к выводу, что смерть Литвиненко не была несчастным случаем или самоубийством. «Я уверен, что господин Литвиненко не глотал полоний-210 случайно и не собирался покончить жизнь самоубийством. Я уверен, что он был, скорее всего, преднамеренно отравлен», — указывает судья в решении.

Оуэн пришел к выводу, что именно Луговой и Ковтун добавили радиоактивное вещество в чайник в баре Pine и сделали это с намерением отравить Литвиненко.

По мнению судьи, вся операция по убийству могла быть одобрена руководителем ФСБ Николаем Патрушевым, а о ее проведении, вероятно, мог быть осведомлен президент Владимир Путин. Этот вывод судья, в частности, делает на основе показаний свидетелей — бывшего сотрудника КГБ Юрия Швеца и друга Литвиненко Александра Гольдфарба, настаивающих: все, что делают российские спецслужбы, происходит с ведома высшего руководства. К тому же, по мнению Швеца, сам Патрушев не мог получить доступ к полонию без санкции руководства страны.

Как убивали Литвиненко

Литвиненко был отравлен 1 ноября 2006 года, ровно через шесть лет, после того как 1 ноября 2000 года он вместе с женой и сыном прибыл в Великобританию.

Судья Оуэн предположил, что план по убийству был разработан за два года до этого — в октябре 2004 года.

Литвиненко удалось отравить не с первой попытки, считает судья. Радиоактивный след был обнаружен в комнате для переговоров в компании Erinys, где 16 октября 2006 года Литвиненко принимал участие в деловой встрече с Луговым и Ковтуном. Но смертельную дозу яда Литвиненко получил лишь через полмесяца.

Засекреченный свидетель D3 в суде указывал, что Ковтун звонил ему с телефона Лугового за день до отравления — 31 октября и говорил, что у него есть «очень дорогой яд» и он должен «добавить его в еду или питье Литвиненко».

31 октября и 1 ноября Ковтун и Луговой несколько раз созванивались с засекреченными свидетелями в Гамбурге и Лондоне.

Утром 1 ноября Луговой позвонил Литвиненко и попросил встретиться в этот же день в баре Pine, рассказывал сам Литвиненко полицейским, уже находясь в больнице. По версии следствия, именно там в чай бывшего офицера ФСБ было добавлено радиоактивное вещество, количество которого в несколько раз превышало смертельную дозу.

Литвиненко стало плохо тем же вечером, а ночью он обратился за медицинской помощью. Изначально врачи подозревали отравление таллием, и только за несколько часов до смерти 23 ноября было установлено, что причиной отравления является полоний-210 (высокотоксичное вещество, излучающее альфа-частицы).

Миллионы на юристов: дорогая помощь Harbottle & Lewis

В ?2,065 млн (около 141,9 млн руб. по средневзвешенному курсу ЦБ за 2013–2015 годы) обойдутся российскому бюджету юридические услуги британской юридической фирмы Harbottle & Lewis, консультирующей Следственный комитет по делу о гибели Александра Литвиненко. Исходя из графика выплат, контракт заключен на срок с 2013 по 2016 год. Согласно последнему дополнительному соглашению от 26 августа, большая часть выплат (?1,171 млн) приходится на 2016 год. Общая сумма контракта была опубликована в прошлом году на сайте госзакупок. Со стороны Harbottle & Lewis соглашения подписаны партнером фирмы Луисом Кастеллани.

Непрозрачные услуги

Сумма ?2,065 млн для контракта на четыре года с юридической фирмой адекватна для британских реалий, говорил в августе бывший адвокат Михаила Ходорковского Вадим Клювгант. «Возмущает непрозрачность расходов государственного бюджета, поскольку в закупке не указаны конкретные услуги. Кроме того, странно, что СКР понадобилось сотрудничать с иностранной юридической компанией, ведь у СКР есть свои ресурсы для экспертизы, которые тоже стоят бюджетных средств», — рассуждает Клювгант. СКР получил статус заинтересованной стороны в деле Литвиненко в феврале 2013 года. Следователи сами обратились в лондонский суд с просьбой об участии в дознании. О том, что именно Harbottle & Lewis представляет интересы СКР, было заявлено в ходе судебных слушаний.

За что убили

Суд указал несколько возможных причин, по которым было организовано убийство Литвиненко. Он не стал выделять какую-либо версию в качестве основной, но отметил, что все они в той или иной степени были мотивом для отравления.

Первая версия связана с тем, что в ФСБ считали Литвиненко предателем. Из материалов дела следует, что еще в 2001–2002 годах, вскоре после отъезда в Лондон, бывшие коллеги по спецслужбам предупреждали его, что ему лучше вернуться, иначе грозит смерть за предательство, напоминая судьбу Льва Троцкого (об одном таком разговоре со слов Литвиненко рассказал на суде правозащитник Владимир Буковский).

Другая причина — тесная связь с Борисом Березовским. В своих показаниях близко знавший Березовского Александр Гольдфарб утверждал, что Литвиненко рисковал лишь по той причине, что входил в окружение бывшего олигарха. Суд напомнил в материалах, что в 2004 году дома Литвиненко и контактировавшего с Березовским эмиссара чеченских сепаратистов Ахмеда Закаева неизвестные закидали бутылками с зажигательной смесью.

Еще один мотив — постоянная критика Владимира Путина. В своих книгах и других публикациях экс-сотрудник КГБ обвинял Путина во всех возможных преступлениях — от взрыва домов до педофилии?.

В числе возможных причин убийства названы доклады с оценкой рисков (due diligence), которые готовил Литвиненко для частных компаний. Вместе с бывшим офицером КГБ Юрием Швецом он составил отчет ?о прошлом и связях главы ФСКН Виктора Иванова. Документ процитирован в материалах дела: «В противостоянии преступных группировок Иванов занял сторону Кумарина (лидер тамбовской ОПГ Владимир Барсуков (Кумарин)). Главным призом в этой борьбе был морской порт Санкт-Петербурга, который использовался в качестве перевалочной базы для наркотиков из Колумбии: их везли из Санкт-Петербурга в Западную Европу. Иванов, сотрудничая с преступной группировкой, находился под защитой Владимира Путина, который в то время отвечал в администрации [Анатолия] Собчака за внешнеэкономические связи».

Суд также учел, что Литвиненко могли убить из-за его связей с иностранными разведками. Как рассказала супруга Литвиненко в суде, ее муж работал с MI5 или с MI6. Она полагает, что он передавал им информацию о российской организованной преступности и ее связях в Великобритании. Сотрудничал Литвиненко и с итальянскими компетентными органами, передав им, в частности, документы, касавшиеся авторитета Семена Могилевича и связей с КГБ политика Романо Проди.

Наконец, Литвиненко мог работать с испанскими правоохранительными органами, расследовавшими деятельность выходцев из ?тамбовской ОПГ. Расследованием деятельности «тамбовских» Литвиненко занимался еще в ФСБ. «Литвиненко был убежден, что между тамбовской ОПГ и сотрудниками КГБ, включая Владимира Путина и Николая Патрушева, существовал сговор».

Что предпримет Великобритания

Парламентарии спросили у представившей доклад главы британского МВД Терезы Мэй, не планируется ли введение визовых запретов для фигурантов дела Литвиненко. Британское правительство намерено добиться выдачи их Великобритании для дальнейшего привлечения к суду, сообщила Мэй. Предложения депутатов от оппозиции сформировать из подозреваемых в причастности к «делу Литвиненко» своеобразный «список Магнитского» Мэй не поддержала. Но она выразила уверенность, что будут заморожены активы фигурантов дела.

Британский МИД намерен вызвать российского посла «в целях разъяснения нашей обеспокоенности результатами расследования», рассказала Мэй. Она уверена, что это дело будет обсуждаться на следующей двусторонней встрече лидеров двух стран — Дэвида Кэмерона и Владимира Путина. Сама Мэй собирается встретиться с Мариной Литвиненко и обсудить ее предложения.

Внутри правящей Консервативной партии нет единства по поводу результатов расследования. Парламентарий Дэвид Дэвис назвал реакцию правительства чересчур мягкой, призвав «выдворить всех российских разведчиков из посольства» и принять финансовые меры против Патрушева и Путина.

Но его коллега-тори Криспин Блант заявил, что сотрудничество с Москвой по Сирии имеет больший приоритет, чем ремарки по поводу убийства Литвиненко. В том же духе рассуждают и британские дипломаты. На этой неделе The Guardian сообщал, что британский МИД предупредил офис премьер-министра о нежелательности ухудшать отношения с Москвой из-за «дела Литвиненко». Форин-офис считает крайне необходимой помощь России в урегулировании сирийского конфликта и в утверждении переходного периода в случае ухода Башара Асада, объяснила газета.??

Грозит ли что-то обвиняемым

Это решение суда — финал британского расследования «дела Литвиненко», уверены Александр Гольдфарб и Дмитрий Гололобов. «Только если британские органы поймают Лугового и Ковтуна и привезут их в Лондон, где посадят на скамью подсудимых, будет новый судебный процесс», — отмечает Гольдфарб. Заочного же рассмотрения уголовных дел в Англии нет, поясняет собеседник агентства.

Новые имена, которые прозвучали в решение судьи Оуэна, также не могут повлечь нового расследования, считает Гольдфарб. «Патрушев или президент страны являются высшими государственными чиновниками, они имеют 100-процентный иммунитет — им нельзя предъявить обвинение или объявить ответчиками по делу», — указывает Гольдфарб.

«Получается такой юридический тупик, без участия российского государства сейчас невозможно продолжить расследование, а Россия, в свою очередь, не может выдать Лугового и Ковтуна, это будет прямое нарушение Конституции», — поясняет Гололобов.

В России Следственный комитет также расследует дело о гибели Литвиненко. Но подозреваемыми проходят неустановленные лица, зато в качестве потерпевших признаны, кроме Литвиненко, сами Луговой и Ковтун, которые находились в баре и могли быть, по версии российских следователей, также отравлены полонием-210.

Положению в Госдуме и дальнейшей карьере депутата Лугового вердикт не угрожает: коллеги из разных фракций его поддержали, а решение лондонского суда раскритиковали. Единоросс, председатель комитета по безопасности Ирина Яровая, чьим заместителем в комитете является Луговой, назвала заявление британского судьи не выдерживающим критики «с точки зрения права и логики», а выводы похожими на «байки из склепа».

«Если бы расследование было объективным, для Лугового могли бы наступить последствия. А так это выглядит как антироссийская пропаганда, юридически необоснованная», — вторит ей первый зампредседателя фракции эсэров Михаил Емельянов.

«Логичный итог квазисудебного процесса» - что заявил МИД России

«В связи с обнародованием 21 января в Великобритании доклада председателя так называемого публичного расследования обстоятельств смерти А. Литвиненко вынуждены констатировать, что результат полутора лет закулисных игр под председательством, казалось бы, профессионального судьи оказался для нас вполне ожидаемым. Он стал логичным итогом квазисудебного процесса, разыгранного британскими судами и исполнительной властью с единственной целью – очернить Россию и ее руководство».

«Напоминаем, что эта, мягко говоря, весьма своеобразная форма расследования, не являющаяся, вопреки своему названию, прозрачной и гласной ни для российской стороны, ни для британской общественности, изобиловала закрытыми заседаниями с рассмотрением «секретных» материалов спецслужб и показаниями «засекреченных» свидетелей. Использование подобных методов рассмотрения дела дает все основания сомневаться в объективности и беспристрастности оглашенного вердикта».

«Как известно, «публичное расследование» было начато после приостановки коронерского расследования, которое, судя по всему, не давало британским властям искомого результата. При этом СК России был вынужден отказаться от участия в «публичном расследовании» исключительно по причине его нетранспарентности и неизбежной политизации судебного процесса. В итоге наши предположения полностью оправдались».

«К середине 2014 года, когда Министерство внутренних дел Великобритании приняло решение о начале «публичного расследования», которое, видимо, не случайно совпало с обострением ситуации на востоке Украины, при так и не выясненных обстоятельствах погибли два ключевых свидетеля: Б. Березовский и Дэвид Уэст, владелец лондонского ресторана, который часто посещали Б. Березовский и А. Литвиненко и где были обнаружены следы полония за два дня до предполагаемого отравления последнего».

Убивают ли другие спецслужбы за пределами своих стран

Cамым громким обвинением сотрудников российских спецслужб в убийстве за рубежом за годы президентства Путина стал судебный процесс в Катаре по делу о гибели одного из лидеров чеченских сепаратистов, Зелимхана Яндарбиева. Он погиб в феврале 2004 года в катарской столице Дохе после взрыва бомбы, заложенной под днище его внедорожника. Спустя несколько дней по обвинению в убийстве Яндарбиева и его охранников были задержаны два россиянина, которых Москва назвала временно прикомандированными к посольству сотрудниками спецслужб, выполнявшими информационно-аналитическую работу. Обвинение требовало для задержанных смертной казни, но суд приговорил обоих к пожизненному заключению. В декабре 2004 года их экстрадировали в Россию «для отбытия дальнейшего наказания». В Москве самолет с убийцами Яндарбиева встретили с ковровой дорожкой у трапа и внушительным кортежем, а Федеральная служба исполнения наказаний так и не сообщила о месте отбывания ими наказания.

Среди иностранных разведок ликвидацией людей на территории других государств больше всего прославилась израильская разведка «Моссад», в частности, публично признавшая охоту за причастными к захвату в заложники израильских спортсменов во время Олимпиады в Мюнхене в 1972 году. В 2010 году после убийства одного из лидеров радикального палестинского движения «Хамас», Махмуда аль-Мабуха, в Дубае начальник местной полиции заявил о причастности к преступлению 11 лиц, связанных со спецслужбами Израиля и использовавших поддельные паспорта подданных Великобритании.

В 2011 году президентом США Бараком Обамой была санкционирована операция ЦРУ и спецназа морской пехоты в Пакистане, закончившаяся убийством лидера «Аль-Каиды» Усамы бен Ладена. Спецслужбы Пакистана не знали об операции и подняли в воздух истребители для перехвата неопознанных объектов, оказавшихся американскими вертолетами. В США позже отрицали, что целью операции было именно убийство бен Ладена: директор ЦРУ Леон Панетта утверждал, что если бы бен Ладен поднял руки вверх и сдался, его бы задержали.

****
 
"Антропов передал пакет... и сказал, что там "сорок тысяч" и это "тебе на работу"

Литвиненко в Израиле заявил под присягой о причастности ФСБ к убийству мэра Нефтеюганска Петухова

Эрик Вольф, друг и партнер Леонида Невзлина, передал Открытой России заявление Александра Литвиненко о причастности спецслужб к убийству Владимира Петухова и рассказал, откуда и как этот документ появился.

— Я познакомился с Александром Литвиненко в Лондоне где-то в 2005 году или, может быть, даже в 2004-м, дело было зимой. Нас познакомил Борис Березовский, сказав: «Я думаю, что вам интересно будет пообщаться». Я долгое время работал в израильской полиции — следователем по особо важным международным преступлениям, потом в посольстве Израиля в Москве. Когда Борис Березовский нас знакомил, он сказал Литвиненко, что я работаю с Леонидом Невзлиным.

И тогда Литвиненко неожиданно мне сказал: «Я знаю, что обвинения Леонида Невзлина в убийстве Петухова фальшивые. Я знаю, кто за этим стоит на самом деле».

У меня немного глаза на лоб вылезли, и я спросил: «А что еще ты знаешь?!» Литвиненко мне пояснил, что видел одну важную видеозапись, когда работал в ФСБ. Тогда я спросил Литвиненко, будет ли он готов сделать заявление под присягой. Он ответил: конечно.

Мы пригласили Литвиненко в Тель-Авив, куда он приехал на пару дней. На встрече со мной и адвокатами Литвиненко рассказал подробно все, что знал. После чего с его слов был составлен документ, на русском и английском языках, который Литвиненко проверил, убедился в правильности абсолютно всех деталей и подписал

Потом он попросил провести ему экскурсию по Иерусалиму, куда он отправился на три или четыре часа, а потом улетел обратно в Лондон. Увидеть Иерусалим было его единственной просьбой — он не просил за этот разговор денег или чего-то еще. Естественно, я оплатил ему обычный авиабилет из Лондона в Тель-Авив, не бизнес-класс, и гостиницу.

Эта встреча была в апреле, а в ноябре его убили. Мы взяли эти документы и передали их в Министерство юстиции Израиля, поскольку Литвиненко подписал их в Израиле. Копию мы отправили в Генеральное консульство Великобритании в Тель-Авиве. А куда дальше пошли эти документы, я не знаю. Мы сделали это на всякий случай, так как не знали, в связи с чем было совершено убийство Литвиненко.


Открытая Россия публикует текст показаний Александра Литвиненко, которые он дал под присягой

affid
Аффидавит — заявление под присягой

Я, нижеподписавшийся, г-н Литвиненко Александр Вальтерович, после того как был предупрежден в соответствии с законом о том, что я должен говорить правду, и о том, что я могу понести наказания, установленные законом, если я так не поступлю, заявляю в письменном виде следующее:

Мое имя — Литвиненко Александр Вальтерович, и все, что я сообщаю далее, основывается на информации, которой я располагаю.

Я родился в 1962 году. Служил в рядах Внутренних Войск МВД СССР с 1980 года (смотри приложенную копию Удостоверения Личности Офицера ВВ МВД СССР). Затем с 1988 года и по 1999 год служил в КГБ СССР и в ФСБ России (смотри приложенную копию Председателя КГБ СССР о переводе на службы в КГБ СССР от 1988 года, а также копию Приказа Диктора ФСБ России об увольнении со службы в связи с оргштатными мероприятиями от 10.01.1999).

Я закончил службу в ФСБ России в звании подполковника и на должности заместителя начальника 7-го отдела УРПО ФСБ России.

С конца 2000 года я проживаю на территории Великобритании, где в 2001 году получил политическое убежище (смотри приложенную копию письма из Министерства Внутренних Дел Великобритании от 03.03.2001).

В конце 1997 года я занимал должность заместителя начальника 7-го отдела УРПО (Управление Разработки и Пресечения Деятельности Преступных Организаций) ФСБ России. Данный отдел был создан в августе 1997 года. Я служил в данном отделе с момента его создания.

Задачей УРПО было решение проблем Президента Российской Федерации и руководства ФСБ нетрадиционными методами.

7-й отдел УРПО, в котором насчитывалось около 25 офицеров ФСБ, работал по Москве и Московской области.

В начале июля 1998 года Владимир Витвинов, офицер Управления Собственной Безопасности ФСБ России, сообщил, что по оперативной информации, которой он располагает, по приказу Антропова и Камышникова (заместитель начальника УРПО ФСБ России) люди из ОПГ Лазовского убили мэра Нефтеюганска Петухова. Витвинов просил меня проверить данную информацию через мои источники.

Несколько позже через своих подчиненных майора Андрея Понькина и майора Германа Щеглова, которых я ранее состыковал с Фонаревым (оперуполномоченный Управления Уголовного Розыска Московской Области), я получил информацию о том, что в Московском Областном Управлении Уголовного Розыска есть видеозапись Антропова, передающего сорок тысяч долларов наемному убийце за убийство мэра Нефтеюганска Петухова. Кроме меня данная информация поступила также к моему непосредственному начальнику — Гусаку.

В начале июля 1998 года я находился в своем кабинете на 3-м этаже офиса УРПО ФСБ — отдельное здание на Новокузнецкой улице в Москве. Мне позвонил по внутреннему телефону мой непосредственный начальник Гусак и попросил подойти к нему в кабинет.

Когда я пришел в кабинет Гусака, там находились Гусак (в костюме темного цвета с синим отливом), Щеглов (в футболке) и Понькин (в кожаной жилетке). Все присутствующие смотрели видеозапись.

На видеозаписи я увидел Алексея Антропова, которого я знал лично, сидящего лицом к камере, с каким-то незнакомым мне человеком, сидящим к камере спиной. (На тот момент Алексей Антропов был одним из руководителей 3-го отдела УРПО ФСБ России.) Антропов сказал своему собеседнику, что последний должен выехать в Нефтеюганск и «убрать» там человека. Антропов вытащил из сумки и положил на стол фотографию, документы, сотовый телефон и сверток. Антропов сообщил собеседнику, что после приезда последнего в Нефтеюганск он должен будет позвонить по номеру, который сохранен в памяти сотового телефона, и тогда его встретят и окажут помощь. Антропов указал на фотографию и сказал, что этого человека надо «убрать». Собеседник Антропова поинтересовался, кто этот человек. Антропов ответил, что это объяснят ему после приезда в Нефтеюганск. Собеседник спросил, не политическое ли это убийство. Антропов ответил, что это мэр Нефтеюганска Петухов. Собеседник спросил, не будет ли много шума. Антропов ответил собеседнику, что шума не будет, бояться не надо, и его вывезут. Антропов передал пакет своему собеседнику и сказал, что там «сорок тысяч» и это «тебе на работу, можешь проверить. Собеседник заглянул в пакет, но деньги пересчитывать не стал.

Гусак остановил проигрывание записи и спросил мое мнение и что, по-моему, можно сделать. Я предложил отдать копию записи Борису Березовскому и другую копию в прокуратуру. Гусак сказал, что этого делать нельзя, потому что человек, сделавший запись, работает на милицию, и если эта запись куда-либо попадет, то у милиции возникнут проблемы. Я ответил, что если этой записью нельзя пользоваться, то не имеет смысла ее смотреть. После этого я покинул кабинет Гусака.

После выхода из кабинета Гусака я встретил своего коллегу Алексея Скрябина и рассказал ему о видеокассете, которую просмотрел в кабинете у Гусака. Я предложил Скрябину убедить Гусака передать копии кассеты Борису Березовскому (так как в то время уже разразился скандал вокруг организации попытки покушения на него), в прокуратуру и в Администрацию Президента России, куда мы ранее и передавали всю информацию и документы о преступной деятельности нашего руководства. Скрябин ответил, что Антропов и Камышников рано или поздно попадутся, и пообещал поговорить с Гусаком.

Гусак отдал распоряжение сделать копию с вышеупомянутой видеокассеты.

Во время просмотра данной записи я однозначно узнал Антропова, которого знал лично еще с 1981 года, когда мы вместе учились в Военном училище, затем на Высших курсах контрразведки КГБ СССР и позже служили в Особом Отделе КГБ СССР ВЧ№70850 и затем в УРПО.

По имеющейся у меня информации, на сегодняшний день копии данной видеокассеты могут быть у Гусака, Понькина и Фонарева.

В конце 2000 года, находясь в Лондоне и подготавливая просьбу на предоставление политического убежища в Великобритании, я позвонил Понькину и спросил у него фамилию и город мэра, которого убил Антропов. Понькин сказал, что город — это Нефтеюганск, а фамилия мэра — Петухов.

Я провозглашаю, что это мое имя, это моя подпись и содержание моего заявления правда.

11.04.2006 Литвиненко А.В.

Подтверждение

Я, нижеподписавшийся адвокат Михаэль Котлик, удостоверяю, что 11 числа апреля месяца 2006 года в моем офисе на улице А-Меред 25 в Тель-Авиве передо мной явился г-н Литвиненко Александр Вальтерович, личность которого была установлена по UK Travel Document no. C00001017, и после того, как был предупрежден мной о том, что он должен говорить правду, и о том, что если так не поступит, может понести наказания, установленные законом, подтвердил правильность своего заявления и подписал его в моем присутствии. Михаэль Котлик, адвокат

Источникopenrussia.org, 21.01.2016
Материалы по теме