Спецслужбы
17.06.2015

Приговору - "так"

Приговору - "так"
  • Текст и фото «Ъ»

     

    Екатерина Вороновская

Доказано участие в преступном сообществе адвоката Вороновской

Городской суд подмосковных Химок вчера приговорил к условному сроку очередного помощника бывших сотрудников ГУЭБиПК, обвиняемых в организации преступного сообщества. Осужденная Екатерина Вороновская, в отличие от ее трех приговоренных ранее подельников, была признана виновной не в особом, а в обычном порядке, поэтому принятое решение имеет преюдиционное значение для уголовного дела в целом.

 

Эпизод провокации коммерческого подкупа, инкриминированный СКР предпринимателю Вороновской, был совершен по стандартной для уголовного дела об организации полицейского ОПС схеме. По данным следствия, получив осенью 2013 года оперативную информацию о коррупции при сдаче в аренду площадей в столичном аэропорту Шереметьево, сотрудники ГУЭБиПК решили проверить ее с помощью так называемого оперативного эксперимента.

Для этого предполагаемый участник ОПС, экс-сотрудник 19-го отдела антикоррупционного главка Сергей Борисовский привлек свою 26-летнюю подругу — гендиректора ООО "Первая национальная компания", специализирующегося на организации точек общепита, Екатерину Вороновскую. Оперативник предложил даме, обладающей, как сказано в материалах дела, "незаурядными способностям в сфере межличностного общения", наладить контакты с предполагаемым решальщиком арендных вопросов в аэропорту Михаилом Рябушкиным и спровоцировать его на получение отката за аренду.

Выполняя указание полицейского, Вороновская, как следует из обвинительного заключения, несколько раз встречалась с Рябушкиным, убеждая его в "неограниченности своих финансовых возможностей", а на последнем этапе переговоров передала ему вознаграждение 1,5 млн руб. Деньги, согласно разработанной в ГУЭБиПК легенде, предназначались за предоставление ООО помещения под кафе на третьем этаже аэропорта.

23 января 2014 года в ресторане "Дубинин" на Кожевнической улице сотрудники 19-го отдела ГУЭБиПК во главе с его тогдашним начальником Евгением Шермановым задержали Михаила Рябушкина и, как полагает следствие, "совершили с ним действия, которые никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать": угрожая задержанному арестом, потребовали нести деньги по предполагаемой коррупционной цепочке дальше. Михаил Рябушкин, у которого, по мнению СКР, "умысла на получение коммерческого подкупа без участия экс-сотрудников ГУЭБиПК и их помощницы никогда бы не возникло" занес 1,5 млн руб. менеджеру одной из фирм, арендующих помещения в Шереметьево. Тот, в свою очередь, передал вознаграждение коллеге, и в итоге через неделю после начала эксперимента деньги за вычетом комиссионных оказались у конечного получателя — главы департамента по управлению коммерческой недвижимостью ООО "Аэроэкспресс" Павла Вареха. В его должностные обязанности, как сказано в материалах дела, как раз и входила сдача в аренду помещений ООО, владеющего пятиэтажным зданием аэропорта. Интересно, что в то время, пока деньги ГУЭБиПК еще только перемещались по цепочке посредников, Павел Варех подготовил и отдал на подпись руководству договор аренды помещения, предназначенного для предпринимателя Вороновской.

В итоге Павел Варех и четверо задержанных гуэбовцами посредников были обвинены ГСУ СКР по Москве соответственно в "попытке получения коммерческого подкупа" (ч. 3 ст. 204 УК РФ) и "пособничестве" в этом преступлении. Однако после возбуждения уже ГСУ СКР уголовного дела об ОПС в ГУЭБиПК комитет пересмотрел свое отношение и к шереметьевскому инциденту. 1 августа 2014 года дело и уголовное преследование Павла Вареха и остальных было прекращено в связи с отсутствием в их действиях состава преступления. При этом и без того немалый список эпизодов "превышения должностных полномочий" (ст. 286 УК РФ) предполагаемыми членами ОПС пополнился провокацией, совершенной с участием Екатерины Вороновской. В дальнейшем ее уголовное дело выделили из так называемого базового и передали в Химкинский суд для разбирательства по существу.

Отметим, что Екатерина Вороновская стала не первой осужденной в рамках этого громкого дела. До нее уже получили обвинительные приговоры помощник гуэбовцев предприниматель Сергей Ласкин, экс-оперативник Максим Назаров и бывший заместитель начальника управления ГУЭБиПК Алексей Боднар. Однако все они еще на стадии предварительного следствия признали вину и выходили на процессы в так называемом особом порядке — судам не пришлось выслушивать мнения участников процесса, допрашивать свидетелей, исследовать доказательства и проч. С учетом этого обстоятельства решения прошлых судов не имели преюдиционного значения для базового уголовного дела об организации ОПС.

Екатерина Вороновская же ни на какие соглашения с правоохранителями не пошла, поэтому ее причастность к инкриминируемому преступлению гособвинению пришлось доказывать по полной программе. Таким образом, вынося приговор помощнице — ей дали четыре года условно, суд, можно сказать, узаконил сам факт существования полицейского ОПС, на которое, по версии следствия, работала осужденная. Кроме того, судом была фактически подтверждена и причастность к преступной деятельности всех обвиняемых по базовому делу, включая предполагаемых организаторов группировки — экс-начальника ГУЭБиПК Дениса Сугробова и его заместителя Бориса Колесникова (ровно год назад он погиб при странных обстоятельствах, выпав с балкона здания СКР в перерыве между допросами). Дело в том, что в обвинительном заключении Екатерины Вороновской буквально в каждом абзаце отмечается, что шереметьевские провокации были совершены при участии, под контролем или с ведома всех участников ОПС, включая его предполагаемых организаторов.

Такой расклад по понятным причинам не устроил обвиняемых по основному делу и их защитников. По данным, уже несколько юристов, не имеющих непосредственного отношения к шереметьевскому эпизоду и вынесенному вчера приговору, планируют обжаловать его. Такое право не участвующим в процессе, но заинтересованным в его результатах сторонам предоставляют внесенные недавно в законодательство поправки.

Сергей Машкин