Шоу-бизнес
29.01.2013

Фонд Владимира Винокура угрожает балерине арестом

Фонд Владимира Винокура угрожает балерине арестом
  • "Известия"

    Владимир Винокур. Фото bisconcert.com, РИАН, Photo Express
Балерина Светлана Лунькина боится возвращаться в Россию из-за долга мужа в $3,7 млн
Прима-балерина Большого театра, заслуженная артистка России Светлана Лунькина опасается за себя и свою семью в случае возвращения в Россию. Об этом артистка, находящаяся в Канаде около полугода, рассказала «Известиям», пояснив, что столкнулась с шантажом, угрозами и взломом личного интернет-пространства. 

Истоки этой запутанной истории ведут к фильму о Матильде Кшесинской, над проектом которого совместно работали муж Лунькиной, продюсер Владислав Москалёв ["Московские новости": почти два десятка лет занимался проектом «Звезды XXI века» (балетные концерты хай-класса, проходившие в Канаде, в Штатах, во Франции, а с 2010 года и в России) — прим. К.ру], и знаменитый юморист, глава Театра пародий и фонда своего имени в поддержку культуры и искусства Владимир Винокур. В прошлом году между партнерами возникли серьезные расхождения во взглядах, переросшие в конфликт.

Алексей Учитель, приглашенный стать режиссером фильма, отклонил несколько сценариев — сначала Андрея Геласимова, потом Пола Шрёдера. Тогда г-н Москалёв предложил заменить Алексея Учителя на другого режиссера, но встретил сопротивление со стороны партнера. По словам Москалёва, Владимир Винокур был готов пожертвовать международным прокатом картины, но сохранить Учителя (последний подтвердил «Известиям», что планы снимать фильм о Кшесинской «пока в силе»).

Вскоре супруг Лунькиной был выведен из проекта. В сентябре юристы Фонда Винокура предъявили ему финансовые претензии на $3,7 млн, которые г-н Москалёв категорически отверг и продолжает отвергать сейчас.

Заместитель директора Фонда Винокура Михаил Шейнин поставил Владиславу Москалёву письменный ультиматум (имеется в распоряжении «Известий»): если деньги не будут присланы в течение двух дней, фонд начнет информационную атаку. Копии исковых заявлений фонда будут разосланы не только в МВД и Генпрокуратуру, но и в крупнейшие театры мира: Большой, Мариинский, Американский балетный театр, Парижский балет, Канадскую оперу и другие.

Юристы Винокура обратились к депутату Госдумы Петру Романову, который направил официальные обращения генпрокурору и министру внутренних дел России (есть в распоряжении «Известий»). Светлана Лунькина в этих письмах не упоминается. В театры же был разослан несколько иной текст — с указанием, что Москалёв в Канаде легализовал часть похищенных средств «с помощью своей жены».

Пресс-секретарь Большого театра Екатерина Новикова подтвердила «Известиям» получение подобного письма, отправленного с анонимного адреса.

На вопрос «Известий» о связи между финансовой деятельностью Москалёва и музыкальными театрами, Михаил Шейнин ответил:

— Мы не имеем к Лунькиной никаких претензий. Что касается писем, разосланных в театры, я не знаю, о чем идет речь.

Сам Владимир Винокур о письмах в театры осведомлен: связь между Владиславом Москалёвым и профессиональной деятельностью Светланы Лунькиной, по его словам, «очень простая», однако пояснить ее «Известиям» г-н Винокур не смог, сказав буквально следующее:

— Ее (Светлану Лунькину. — «Известия») же никто не посылал в Канаду, никто ей не угрожал. А дело в том, что она уехала и не возвращается, говоря о том, что ей угрожают.

Народный артист добавил, что Лунькина — «просто жена человека, который совершил преступление и скрывается в Канаде».

1 ноября 2012 года Следственное управление ГУ МВД России по Москве завело уголовное дело о хищении средств из Фонда Винокура, при этом имя злоумышленника названо не было.

Документ о возбуждении дела, в частности, гласил (сохранена пунктуация первоисточника): «в неустановленном следствием месте, неустановленное лицо, действуя из корыстных побуждений, в целях хищения денежных средств в особо крупном размере, незаконно через систему дистанционного банковского обслуживания «Банк-Клиент» организовало перевод денежных средств с расчетного счета «Фонда В. Винокура в поддержку культуры и искусства».

Светлана Лунькина убеждена, что в случае возвращения в Москву ее семью ждут провокации и возможный арест. По словам балерины, она написала в Большой театр с просьбой о поддержке. В театре ее письма комментируют иначе.

— Светлана Лунькина обратилась к руководству с просьбой освободить ее на сезон от работы, поскольку она должна быть в Канаде, — рассказала «Известиям» Екатерина Новикова. — Эта просьба была удовлетворена. Мы же не знаем юридически, из-за чего она не возвращается. Если это связано с деятельностью ее супруга, я не вижу, как театр на это может повлиять. Анна Павлова тоже из-за деятельности своего супруга покинула Россию.

Г-жа Новикова добавила, что в такой ситуации лучше дождаться решения финансового спора в суде.

— Театр не может гарантировать Светлане безопасность — это же очевидно. У театра просто нет таких ресурсов, — заключила пресс-секретарь.

[Известия.Ру, 28.01.2013, "Светлана Лунькина: "Я хочу побороться за Большой театр": Балерина рассказала корреспонденту «Известий», позвонившему ей в Канаду, что вынуждает ее прервать блестящую карьеру. [...] 

— Пресс-секретарь Большого театра подтвердила мне, что такое письмо действительно приходило. В Канаде аналогичное письмо прочел Джон Ноймайер. Вы донесли до него свою версию событий? 

— У нас есть общие друзья, которые все ему рассказали. Он знает нашу версию, он в шоке и считает, что это ужасно. 

— Вы обращались в Большой театр за помощью? 

— Сначала я написала на адрес Большого театра, который приведен на официальном сайте. Рассказала про все провокации против меня, про взлом моей страницы на Facebook. Второе письмо я уже писала непосредственно своему художественному руководителю Сергею Филину. Ему же я отправила заявление о продлении отпуска. Просила его поддержки — я не знала, к кому мне еще обращаться. Но он мне не ответил. А в театре сказали: «К нам очень много писем приходит — и плохих, и хороших. Это же не значит, что на каждое письмо надо реагировать». — Врезка К.ру]


Сама Лунькина объясняет бездействие Большого иными причинами.

— Я очень хотела вернуться и до сих пор хочу, но совсем недавно я узнала, что мой художественный руководитель этого не хочет. Артистам труппы Сергей Филин сказал: «Лунькина сюда больше не вернется». Мне рассказали об этом друзья, работающие в театре, которые мне пишут, сочувствуют, поддерживают меня, — говорит балерина.

Владислав Москалёв полагает, что реакция Сергея Филина обусловлена его контактами с Владимиром Винокуром: с осени 2012 года Филин является режиссером знаменитого проекта «Кремлин-гала», принадлежащего Фонду Винокура (глава фонда подтвердил «Известиям» факт сотрудничества с Филиным).

Сергей Филин в понедельник был недоступен для комментариев — он перенес третью операцию на глазах после того, как подвергся химической атаке. Пресс-секретарь Большого театра сказала, что худрук всегда высоко отзывался о Лунькиной как о балерине.

— Сергей с большим уважением и любовью относился к Светлане и настаивал на ее участии в спектаклях, — добавила Екатерина Новикова.

Владимир Винокур сообщил, что расследование в отношении Москалёва продолжается. Адвокаты Москалёва и Лунькиной, в свою очередь, готовят документы для подачи иска о шантаже и угрозах со стороны Фонда Винокура. Балерина сказала «Известиям», что хочет «побороться за Большой театр», прежде чем начать думать о карьере в других балетных труппах мира.

Ярослав Тимофеев 

****

Москалев: "Ты хочешь быть голливудским продюсером? Не хочу, говорит Винокур... Заработаем на производстве. Я говорю: секундочку, "заработать на производстве" это называется украсть"

Интервью со Светланой Лунькиной и ее мужем

Светлана Лунькина
Здравствуйте! Руководство форума всегда может позвонить балерине и убедиться в том что все что здесь написано она и ее муж Владислав Москалев действительно говорили и готовы повторить

[Михаил Александрович/Модератор, 27.01.2013: Получил доказательства аутентичности интервью, поэтому возвращаю его на место. — Врезка К.ру]

— Владислав, почему Светлана исчезла из Большого?


— Света не в Москве, потому что я не в Москве. А я не в Москве потому что если я приеду — меня тут же арестуют, я в этом убежден. Если же она приедет одна — наверняка против нее будет какая-нибудь провокация, чтобы вынудить меня вернуться.

— А почему вас должны арестовать? В чем вас обвиняют?


— Я не обвиняемый и даже не свидетель. Но нашу семью преследует мой бывший партнер Владимир Винокур. Он утверждает что я украл у его фонда 3,7 миллиона долларов — чего я сделать не мог хотя бы просто потому, что у меня не было права подписи. А теперь люди из его фонда звонят моим друзьям, мне идут угрозы по телефону, в крупнейшие театры мира разосланы оскорбляющие Светлану письма, и у нас взломали почту и фейсбук.

— Но с чего же все началось?


— с фильма «Матильда Кшесинская». Этот проект, российско-американскую копродукцию, мы придумали с моим другом Олегом Фраевым весной 2011 года. У нас уже был один проект — «Кремлин гала», мы собирались вместе быть продюсерами «Кшесинской» — но Олег скоропостижно умер. У меня уже десять лет не было компании в России (я все-таки живу на две страны) и я предложил Винокуру перевести эти проекты — и фильм, и гала-концерт — под его фонд. Он тогда назывался «фонд поддержки театров пародий», и с моей подачи его переименовали в «фонд поддержки культуры и искусства». Я стал председателем попечительского совета.

Десять лет назад я уже имел опыт съемок кино на английском языке в Петербурге и этот фильм («Петербург-Канны экспресс») вышел в Америке в прокат. Олег Фраев знал, что я снимал кино и сказал — может быть, попробуем еще одно кино снять, про Матильду? Я нанял сценариста — моего товарища Андрея Геласимова (мы дружим с тех времен когда он еще был никем — а сейчас он самый продаваемый в Америке российский писатель) — и он написал четыре варианта сценария. Получилось интересно, идея понравилась серьезным людями они решили его профинансировать. Первые деньги — 20 миллионов из обещанных сорока — пришли в декабре 2011 года, когда Олега уже не было, на счет фонда Винокура.

Фильм должен был сниматься прямо сейчас но он пока не снимается. Я предложил в качестве режиссера Алексея Учителя (мы были знакомы по теннисному клубу «Большая шляпа», оба там состояли) и это всех устроило, в том числе финансирующую сторону. Правда, как только на счет компании Учителя был переведен аванс, сценарий Геласимова тут же перестал Учителю нравиться и он побежал снимать свой фильм «Восьмерка», который до сих пор монтирует. Я понял, что ошибся, приглашая его в этот проект. Тем более что я потом побеседовал со специалистами из фонда кино и мне сказали, что фамилия Учитель и международный прокат несовместимы. А я хотел это кино продать на весь мир, чтобы фильм о Кшесинской, снятый в России и о России, увидели в кинотеатрах мира. Я договорился с американскими продюсерами и если режиссеру, с которым у нас подписан контракт, не понравился сценарий — я заказал другой Полу Шредеру — это тот, что написал сценарии «Таксиста», «Последнего искушения Христа», в общем, живой классик. И он написал сценарий номер два — но тот тоже не понравился Учителю, потому что Учитель свою «Восьмерку» еще не смонтировал. Тут мы с Винокуром решили выгнать Учителя (нормальное решение продюсеров) — но Учитель не стал выгоняться. Он нашел себе защиту в лице серьезного человека, который позвонил в правильные кабинеты — и оттуда объяснили что Учителя трогать нельзя, а американцев с проекта долой, потому что американцы плохие люди в принципе (и это я не утрирую а цитирую).

Я приехал из Канады и не узнал Винокура — это был другой человек. Я говорю — что происходит? Мне объясняют, что Учителя трогать нельзя. Я –его надо выгонять, потому что он не вписывается в концепцию проекта, а концепция проекта «Кшесинская» была целиком и полностью направлена на международный прокат. Не просто сняли кино и его никто не увидел — деньги потратили, а люди в кинотеатры не пошли. А очень хотелось, чтобы фильм был продан. И фонд кино эту мою идею очень сильно поддержал. Я-то это знаю я общался со специалистами из фонда кино в том числе на эту тему. Потому что фонд кино собирался частично эту картину профинансировать . маленькая сумма, но собирался. И я говорю — нет, будем продавать фильм, потому что я имею к этому фильму прямое отношение. И мне говорят — Слава, а ты в фонде вообще кто? Я говорю — продюсер этого фильма. О том что я продюсер, Винокур продюсер и еще два американских продюсера — об этом знал весь мир, май-июнь-июль 2012 года — тысячи линков в интернете — Пол Шредер пишет сценарий для русского проекта!У нас был план продать фильм еще до съемки. Это высший профессионализм, высший пилотаж — продать фильм, еще его не сняв. Я этим занимался. Так вот вернулся я в Москву в начале августа и Винокур и два его друга (бывшие его концертные директора) говорят — мы продавать фильм не будем.

Почему? Потому что ни один русский фильм никогда не был продан. Я говорю — так надо попробовать, есть и желание, и уверенность в том, что сейчас получится. И весь мир увидит качественное русское кино и люди пойдут в кинотеатры Америки Канады, Австралии, Европы и будут платить за билеты и смотреть настоящее русское кино. Нет — что значит нет? Это мой проект и план, по которому мы идем, это мой план. Фильм надо продавать. А для того чтобы продавать, надо нанять актеров — как минимум двоих может быть даже троих звезд Голливуда. Заплатить им гонорары серьезные. И режиссера нанять надо из Голливуда — потому что под режиссера из Голливуда пойдут голливудские актеры. Иначе они не пойдут — те, которые на афише будут привлекать зрителей. Чистый пиар, который используют кинокомпании мира — такой подход: режиссер и два-три актера которые дают кассу первую неделю, а потом уже качество фильма дает кассу дополнительно или нет. Был предложен список из 15 режиссеров, среди которых был Фрэнсис Коппола и София Коппола и так далее. При этом проект оставался бы российским, потому что есть специальные расчеты, когда проект российский когда не российский. По моему плану не должно было быть задействовано более 10-15 процентов американцев из общего числа людей участвующих в проекте. Сниматься фильм должен был на английском языке иначе его не продать.

И тут Винокур говорит — Слава, продавать не будем. Я говорю — минуточку, у нас вся концепция проекта построена на том, что мы обязаны продать.Финансовой организации, которая уже перевела 20 миллионов долларов, мы сказали, что мы им деньги вернем. А как мы вернем не продав? «А, ни один фильм не был продан». Я говорю — ты хочешь быть голливудским продюсером? Не хочу, говорит Винокур, хотя еще вчера хотел. Заработаем на производстве. Я говорю: секундочку, «заработать на производстве» это называется украсть. Нет, мы так не будем, будем продавать. Тогда мне говорят — спасибо, до свидания, иди вон из проекта. И вот тут я сказал что из проекта просто так не уйду, на что мне ответили — тогда жди неприятностей.

И неприятности я стал получать уже буквально через неделю по телефону, там были угрозы в том числе. Поэтому Света и дети после лета так и остались в Канаде, а я срочно выехал из России. После этого я узнал что Винокур обвиняет меня в краже. Сначала мне сказали что я украл полтора миллиона долларов потом,буквально через день, сумма возросла до 3,7. Об этом они написали в письме. А как украл — они не объясняют, я же ничего не подписывал. Следователь в тех документах, что я читал, мою фамилию не упоминает — по-видимому, следователь не дурак. Ситуация такая — я не могу вернуться в Москву, иначе они меня посадят. Я в этом абсолютно убежден. Не потому, что против меня что-то есть — против меня ничего нет. Уголовное дело они попытались завести по факту хищения в фонде Винокура. Я читал материал — следователь написал следующую фразу: неустановленное лицо, используя систему банк-клиент, украло 3.7 миллиона долларов США со счета фонда Винокура. И они это пытаются повесить на меня. Если я вернусь в москву — я уверен на 200 процентов, 300, 500 — провокация будет в секунду. Пакетик наркоты, еще какие-то вещи — и я через два дня буду в тюрьме сидеть. Просто так.

Светлана написала в театре заявление на отпуск за свой счет, и они как-то узнали об этом. И тут же стали писать ей в письмах, что разошлют информацию по всем основным театрам мира, что Москалев украл 3,7 миллиона и бежал в Канаду вместе с Лунькиной. И вот эти письма они действительно стали отправлять — они пришли в Национальный балет Канады, по-видимому, в Японию. Вы спрашивали, почему Света не может вернуться в Москву — потому что это опасно для нее физически. Потому что они будут провоцировать ситуацию связанную с тем, чтобы я туда въехал,-Винокуру же надо как-то закрыть убыток 3,7 миллиона. У него же уже не 20 миллионов на съемки (или 40, если перечислили вторую половину) — а несколько меньше. Он их сам взял, но он же не может в этом признаться, хотя подписывал все документы. Поэтому он гоняется за Светой — потому что ему я нужен. Она ему не нужна. Поэтому они вскрыли мою почту и светину, вскрывали через Москву и через Украину и очень настойчиво в течение двух недель пропихивали и через балетные блоги и близким знакомым две размещенные в каких-то интернет-изданиях статейки о некоем доме в Канаде. Что вот там Москалев обманул какую-то женщину, у которой пятеро детей…

— Но вы ведь не можете доказать, что это именно его люди взломали почту и заказали статью. Всегда можно сказать что взломщики это какие-то хулиганы и все…


— не бывает таких совпадений. Почему это тогда происходит все в один день? Взламывают почту. В этот же день и на следующий день начинается мощнейшая атака через интернет — пропихивание вот этих вот статеек. Все получили письма — балетные критики, и мои друзья в МИДе. Да, я не могу доказать, а какое может быть доказательство? «Я, хакер Пупкин, взломал почту, и мне за это заплатили полторы тысячи рублей, потому что это дороже не стоит»?. Более того, в этот же день мы узнаем, что в Национальном балете Канады лежит письмо против Лунькиной. В этот же день начинают звонить люди Винокура очень серьезным людям (уровень замминистра) в МИД и рассказывать какой Москалев плохой и Лунькина какая плохая. Пять раз звонят человеку в течение двух дней. Какие могут быть совпадения?

А что все-таки за история с домом в Канаде?


Олег Фраев впервые приехал в Канаду примерно за полгода до смерти и ему здесь очень понравилось. Приехал, посмотрел как мы живем (у нас тут давно дом) и сказал: Слава, хочу дом недалеко от тебя. Я подобрал ему объект стоимостью полтора миллиона долларов. У него тогда денег под рукой не было, но здесь такая система в Канаде, что банк финансирует за 3 процента годовых приобретение недвижимости, если человек кладет 35 процентов денег вперед. Банк согласился дать кредит Олегу под 3 процента годовых — миллион долларов. И он дал мне доверенность, я подписал документы, что Олег Фраев приобретет дом. Олег не смог приехать, я приехал и закрыл сделку, дом записал на его фамилию, но нужно было еще доплатить 560 тысяч долларов. И этих денег у Олега не оказалось, а сделку надо было закрывать, там буквально неделя оставалась. В итоге он попросил у меня деньги взаймы — и я ему дал. Они были переведены с моего счета из московского банка — у меня есть документы, что деньги там давно лежали, несколько лет. Там в этом документе — межбанковский перевод, который подделать невозможно — указано, что я плачу Олегу Фраеву на покупку недвижимости. А почему было не дать? Год назад я ему тоже давал большую сумму — он мне вернул. В любом случае мы договор с ним подписали, что если он не вернет, то я дом заберу. Как только стало известно, что он умер (просто приехал с работы, выпил стакан воды и упал), я приехал к женщине, с которой он жил (она не была его женой), чтобы предупредить, что дом в Москве, в котором жила она и пять ее детей, был уже дважды заложен российскому банку. А я знаю этого банкира и знаю, что он их в покое не оставит и будет из этого дома их выселять. Я и раньше знал об этом залоге, но Олег просил никому не говорить. Я предупредил, что дом заложен и им надо готовиться к тому чтобы правильно вести политику переговоров с банком, который дал кредит под залог. Я-то сам банкир и я знаю, что если грамотно вести переговоры, можно выйти без особых потерь. И я их предупредил, что придется вести переговоры и надо к ним готовиться.

Дети: сын Фраева Дамир, сын Москалева Максим и сын Фраева Олег. Владислав Москалев и Светлана Лунькина
Светлана Лунькина

[...]

Вы видели письма, которые были разосланы по театрам?


Фонд Винокура сам прислал нам письмо, которое они разослали по всем театрам, как они сказали. Почему они прислали это в Национальный балет Канады, в котором я не работаю вообще — просто друзья помогли мне, чтобы я походила на класс — неизвестно.

Что конкретно от вас хотят эти люди?


Как мне кажется, я попала под удар только из-за того, что просто поддерживаю мужа. Так как они не могут никак повлиять на моего мужа другими методами, они пытаются просто испортить нам жизнь. Потому что они знают, что он за меня очень переживает,его волнует все, что касается меня. Сделать ему больно и точно знать что это будет его тревожить и ранить.

Что должно произойти чтобы все изменилось к лучшему?

Мне кажется это уже ничего сделать нельзя. Винокур не пойдет на это.

Источник: forum.balletfriends.ru, 26.01.2013

****

Фирма юмориста Винокура подозревается в причастности к хищению в одном из ГУПов

Владимир Винокур
Полиция по заявлению столичных чиновников возбудила уголовное дело по факту хищения в государственном унитарном предприятии «Московский промышленно-торговый центр интеграции и развития» (принадлежит правительству города) более 200 миллионов рублей. Подозрительные сделки с госпредприятием совершала, в том числе, и компания, одним из основных владельцев которой на тот момент был известный актер и юморист Владимир Винокур.

В ходе проверки в 2011 году МПТЦИР были вскрыты факты «вопиющих сделок прежнего руководства предприятия», сообщает РИА Новости со ссылкой на источник в правоохранительных органах

Как следует из документов, с 2008 по 2010 годы предприятие заключало различные договоры на поставку продукции. Однако реальных поставок по этим договорам, скорее всего, не производилось. Более того, некоторые соглашения вообще предполагали поставку абсурдного числа товаров или номенклатуры.

После возбуждения уголовного дела в департаменте имущества Москвы быстро запустили процедуру банкротства предприятия (различные структуры столичного правительства являются крупнейшими кредиторами предприятия, в сумме ГУП должен им почти миллиард рублей), рассказал РИА Новости источник в мэрии.

Один эпизод подписания сомнительных договоров состоялся 26 октября 2010 года. Речь идет о договорах с ООО «Торговый дом Винокур и Ко». Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от 6 декабря 2011 года, на момент выдачи документа 44% долей компании принадлежали Владимиру Винокуру (известный юморист), а 51% — Анне Ильиной, жене ныне покойного генерального директора МПТЦИР Олега Фраева.

Один из договоров от 26 октября 2010 года (то есть на тот момент, когда Винокур был совладельцем торгового дома) предполагал поставку ГУПу «индивидуального средства защиты «Нейтроник» для мобильных телефонов, а также мониторов компьютеров и телевизоров» на общую сумму 336 миллионов рублей. Всего по договору торговый дом должен был поставить почти 1,5 миллиона нейтроников. Однако на предприятии нейтроников так и не увидели.

Сам юморист подтвердил РИА Новости, что он владел долей в компании, но сказал, что вышел из состава учредителей больше года назад. На вопрос о том, были ли он в курсе оперативной деятельности компании, Винокур ответил: «Понятие не имею по поводу этого дома. Год уже не участвую».

На вопрос о финансовых махинациях, которые могли иметь место в торговом доме, юморист сказал: «Чего я буду комментировать, если их там нет вообще даже близко, я даже не знаю, о чем вы говорите».

«К слову, нейтроник — почти мифическое устройство. Как утверждается на сайтах в интернете, продающих его, это устройство помогает защититься пользователям мобильных телефонов и компьютеров от электромагнитного излучения. Любопытно, что торгуют устройствами преимущественно сомнительные сайты, популярных сетевых магазинов среди них нет», — отмечает РИА Новости.

["Самарское обозрение", 08.02.2010, "Владимир Винокур: «Сельскому хозяйству нужна "Виагра": На [...] вопросы в интервью СО ответил Владимир Винокур. [...]

— Скажу сразуя не бизнесмен. Моими бизнес-проектами занимается председатель совета директоров ООО «Торговый Дом Винокур и Ко» Олег Фраев. [...]

Компания была создана в 2005 году и занималась продуктовой дистрибуцией. Заняться бизнесом меня подтолкнул разговор с Владимиром Довганем. Однажды он мне сказал: «Я потратил миллионы на создание имени, а у тебя оно уже есть. Почему бы его не использовать для бизнеса? ». Тогда мы создали «ТД Винокур и Ко». Разными производителями компании поставлялись разные группы товаров — от тушенки до водки, и уже торговый дом продавал эту продукцию, снабдив ее слоганом: «Винокур для своих». Поначалу все было хорошо, продукция нашла покупателя, производители увеличивали объемы и расширяли рынки сбыта. Однако уже через пару месяцев мы столкнулись с проблемой, наверное, общей для всех зонтичных брендов. 

Мы вдруг обнаружили, что товар поставляется нам уже совсем иного качества — плохого. Водка стала плохой, в банке тушенки мы обнаружили вместо кусочков мяса фарш, а в говяжьей тушенке могла попасться свиная шкурка. Поняв, что не сможем контролировать качество поступающей нам продукции, мы испугались. Ведь стоило хотя бы одному человеку отравиться, к примеру, рыбными консервами под брендом «Винокур», как та же «Комсомольская правда» немедленно выпустит газету с обложкой «Винокур травит людей». И все. Бренд испорчен. [...]

Столкнувшись с недобросовестностью производителей, мы приостановили свою деятельность. В данный момент под этим брендом выпускается только водка Архангельского водочного завода. Этот производитель вызвал у нас доверие, нареканий по качеству пока не было. Пpиведу еще один пример того, насколько испорчен рынок брендовой продукции. Я провел переговоры о том, чтобы выпускать под своим именем древесный уголь. И еще до принятия мной какого-либо решения мне сообщили, что уголь под моим брендом уже вовсю продается. — Врезка К.ру]

Источник:  іnfox.ru, 20.07.2012