Версия для печати
Компромат
14.08.2013

Энергоотмыв Нагинского

Энергоотмыв Нагинского
  • Григорий Нагинский. Фото dp.ru
Друг Сердюкова распилил полмиллиарда угольных рублей
Госзакупки по-прежнему представляют собой золотое дно для мутных финансовых схем. Деньги от искусственно созданных «торгов» из одного участника перераспределяются самым непредсказуемым образом и зачастую просто раскрадываются. Круговая порука позволяет избежать излишней огласки в перераспределении и использовании средств и только опала покровителей всех этих схем позволяет судить об ихмасштабе. Только в феврале этого года в прессе появилась информация о том, что поставки твердого топлива для военного ведомства практически монополизированы компанией «ИК «Таврический». Сейчас же в расследовании «Новой газеты» рассказывается о том, как миллиарды рублей, выделяемые Министерству обороны за уголь, могли уходить на «обналичку» и скупку обанкротившихся предприятий в интересах семьи влиятельного сенатора.

Основанная в 2010 году фирма за три года существования заключила с Минобороны и ОАО «РЭУ» (созданный в рамках реформы единственный поставщик тепловой энергии для военных объектов) контракты на более чем 15 млрд рублей. В подавляющем большинстве случаев контракты доставались «ИК «Таврический» без конкуренции — другие поставщики по различным причинам не допускались к аукционам — и потому заключались по максимальной цене. Цены на уголь, поставляемый «ИК «Таврический», порой превышали рыночные и во многих случаях были выше тех цен, которые платили другие государственные учреждения в аналогичных условиях (исследовались те же регионы поставок, те же периоды времени, те же марки угля). Позже наши предположения подтвердили источники в правоохранительных органах, где также считают, что заказчики в лице Минобороны и «РЭУ» предлагали исключительные условия и завышенные цены для одного поставщика. В рамках уже возбужденных уголовных дел и проводимых доследственных проверок также выяснилось, что некоторые поставщики угля, с которыми «ИК «Таврический» заключала, в свою очередь, договоры, поставляли в военные городки низкокачественное топливо. Все это время, прошедшее после первой публикации, журналисты продолжали свое расследование. За полгода им удалось получить важнейшие для расследования сведения — данные о движении денег по счетам поставщиков угля и их субподрядчиков. Опираясь на эти данные, мы использовали известный расследовательский принцип «follow the money» («следуй за деньгами»), чтобы понять: что на самом деле происходило с бюджетными миллиардами и кому они в итоге доставались?
 
Сомнительные операции

Исследование схемы владения компанией «ИК «Таврический» привело нас к семье сенатора от Коми Евгения Самойлова (владеют 50% компании через промежуточные фирмы) и санкт-петербургскому банку «Таврический». С этим банком тесно связан бизнес семьи Григория Нагинского, бывшего заместителя и близкого друга Анатолия Сердюкова. Нагинский и Самойлов, в свою очередь, также хорошо знакомы друг с другом.

Так совпало, что становление компании «ИК «Таврический» как основного (почти единственного) поставщика угля для Минобороны пришлось на тот период, когда Нагинский отвечал в министерстве в том числе и за отопление военных объектов. Позже Нагинский стал директором Спецстроя России, но в июле 2013 года покинул свой пост. Как известно, свою роль в отставке Нагинского могло сыграть и «угольное дело». По крайней мере этой темой сильно интересовались в администрации президента, откуда уходили запросы на этот счет в правоохранительные органы, рассказали сразу несколько источников в Минобороны и МВД. Нагинский наши запросы никак не комментировал, а в «ИК «Таврический» рассуждения о завышении цен отвергали, приводя в подтверждение собственные расчеты, а в ответе на наши сегодняшние вопросы подчеркнули, что цены устанавливает не компания, а покупатель путем проведения аукциона.

Прежде чем перейти к разговору о сомнительных финансовых операциях, связанных с поставками угля для военных объектов, необходимо подчеркнуть несколько важных вещей. Как такового базового «угольного дела» не существует; в настоящее время расследуется несколько уголовных дел, возбужденных по не самым значительным эпизодам в связи с поставками топлива в Минобороны. В отношении «ИК «Таврический» и ее представителей уголовных дел также нет, и более того, доказать участие компании в сомнительных схемах будет крайне трудно. Формально главную ответственность несут чиновники Минобороны и сотрудники «РЭУ», которые выбирали поставщиков и назначали цену.

Поэтому пока не доказано предикатное преступление, мы будем использовать термин «сомнительные финансовые операции», имея в виду те проводки, в которых не просматривается явный экономический смысл или за которыми не прослеживаются реальные хозяйственные сделки. Опираться в своем исследовании мы будем прежде всего на данные о движении денежных средств и материалы Росфинмониторинга.

Итак, в Росфинмониторинге исходили из допущения, что уголь в Минобороны поставлялся по завышенным ценам. Следовательно, для того чтобы скрыть избыточную маржу, как предполагают финансовые разведчики, в цепочку поставщиков угля могли включиться промежуточные, аффилированные между собой и «ИК «Таврический» компании, которые, в свою очередь, заключали последующие договора с конечными поставщиками. Таким образом, прибыль перераспределялась на несколько компаний (связанных между собой), а затем деньги уходили в разные направления, из которых можно выделить два основных: на скупку имущества и активов обанкротившихся предприятий лесопромышленного комплекса Республики Коми и на счета фирм с признаками однодневок, где деньги затем обналичивались.
 
Приобретение активов

В 2011 году на несколько счетов «ИК «Таврический» (в Сбербанке и банке «Таврический») поступило более 5 млрд рублей, часть из которых — это кредит Сбербанка, часть — деньги Минобороны за уголь. В дальнейшем «ИК «Таврический» перечислила более 1 млрд рублей на счета компании «ИнтерЭксперт» с назначением платежей за уголь и за грунт. «ИнтерЭксперт» близка к «ИК «Таврический», потому что зарегистрирована по тому же адресу, что и другие фирмы условного «холдинга». При этом основной вид экономической деятельности «ИнтерЭксперта», согласно ЕГРЮЛ, — деятельность в области права. То есть фирма, судя по всему, специализируется на предоставлении юридических и бухгалтерских услуг и вряд ли когда-либо занималась поставками угля. На несоответствие обратили внимание и финансовые разведчики: судя по счетам фирмы, поступлений за уголь от сторонних компаний почти не было. Счет «ИнтерЭксперта» использовался как транзитный, считают в Росфинмониторинге, потому что большая часть денег, полученных якобы за уголь, затем возвращалась обратно на счета «ИК «Таврический». Таким образом, движение денег имело циклический характер, и реальные поставки угля между обеими компаниями вряд ли осуществлялись.

В «ИК «Таврический» эту цикличность объяснили тем, что «ИнтерЭксперт»  должен был купить уголь, но ж/д тариф оказался дорогим, и поэтому деньги вернули. Подобный случай не единичный, говорят в компании.

Получив обратно свои деньги, «ИК «Таврический» затем направила около 600 млн рублей на приобретение прав требований у Сбербанка к ОАО «Сыктывкарский ЛДК» и его дочерних структур. «Сыктывкарский ЛДК» — один из крупнейших производителей пиломатериалов в Республике Коми — сейчас находится в стадии банкротства. У компании образовались огромные долги, в том числе перед Сбербанком, которому предприятие заложило свое имущество. «ИК «Таврический» эту задолженность выкупила, и теперь, судя по материалам арбитражного дела, почти все имущество «Сыктывкарского ЛДК» принадлежит «ИК «Таврический».

Генеральный директор компании Александр Самойлов, отец сенатора от Коми Евгения Самойлова, не видит ничего странного в этих финансовых операциях. По словам Самойлова-старшего, даже исходя из наименования, «ИК «Таврический» является инвестиционной компанией, «для которой подобная деятельность остается приоритетной». Самойлов также не согласен с тем, что на покупку активов направлялись средства Минобороны. По его словам, компания привлекла два кредита (от Сбербанка и банка «Таврический»), часть из этих денег была «использована для обеспечения поставки угля на объекты Минобороны, в условиях хронических неплатежей со стороны ОАО «РЭУ», часть — на выкуп задолженности предприятий-банкротов и их последующий запуск, с сохранением, а в ряде случаев и увеличением количества рабочих мест». Самойлов также подчеркивает, что «Сыктывкарский ЛДК» и его дочерние структуры на момент покупки были проблемными активами, «имеющими задолженность по выплате заработной платы перед сотрудниками и находящимися в стадии банкротства». Но благодаря смене собственников, продолжает Самойлов, предприятия удалось сохранить как производственные комплексы, долги погашены, сегодня они развиваются и модернизируются. «Хорошие перспективы лесного комплекса в составе «ИК «Таврический», несмотря на все предшествовавшие трудности, не вызывают сомнений», — уверен Самойлов.

Бывший сотрудник Росфинмониторинга, которому журналисты показали материалы для экспертной оценки, отчасти согласен с позицией компании. «В самом факте приобретения имущества обанкроченных предприятий ничего криминального нет. Да, использование транзитных счетов выглядит странно, но чтобы говорить о том, что эта была легализация, нужно доказать предикатное преступление. Нужно, чтобы экспертиза установила, что цены были заведомо завышены, существовал сговор, а уже затем можно говорить, что деньги, вырученные таким способом, вкладывались в активы. Без этого операции выглядят просто как реинвестирование прибыли».

Сенатор Евгений Самойлов рассказал, что он, как представитель республики в Федеральном собрании, «безусловно, приветствовал появление в регионе крупного инвестора, взявшего на себя обязательства по возрождению остановленного на тот момент СЛДК». В противном случае, по словам сенатора, предприятию угрожала распродажа по частям, а сотням рабочих — увольнение.


В полном размере изображение здесь

Подробное движение денег представлено на схеме. В силу того что по эпизоду с приобретением активов в Коми операции между «ИК «Таврический» и «ИнтерЭксперт» носили циклический характер, «ИнтерЭксперт» из схемы исключена, чтобы не путать читателя. Изображение в полном размере здесь.

«Обналичка»

В 2011—2012 годах на различные счета «ИК «Таврический» поступило около 11 млрд рублей за топливо от «РЭУ» и Минобороны. Как показывают данные о движении денег, немалая часть бюджетных средств перечислялась на счета связанных с «ИК «Таврический» фирм, которые в реальности не поставляли уголь, а заключали, в свою очередь, договоры с другими поставщиками. Основные компании, на которые обратили внимание в Росфинмониторинге, — это «КомиДревПром» и «Фирма «Уникс». На их счета за этот период пришло около 1,6 млрд рублей.

Александр Самойлов из «ИК «Таврический», отвечая на вопрос, почему в схему поставок были включены аффилированные между собой фирмы, пояснил, что «подобная диверсификация обеспечивает устойчивость и бесперебойность поставок. Блокировка счетов одной из фирм, задействованных в работе, не ведет к срыву в рамках холдинга».

По словам Самойлова, в силу того что ОАО «РЭУ» платило деньги нерегулярно (на сегодня задолженность составляет около 4,6 млрд рублей), у «ИК «Таврический», соответственно, возникала задолженность перед своими контрагентами: угледобывающими и транспортными компаниями, банками… «В такой ситуации, — продолжает Самойлов, — велик риск наложения инкассо на счета, что в случае, если бы такой счет был один, повлекло бы полную остановку поставок угля на теплогенерирующие объекты и, в период отопительного сезона, — замерзание военных городков и других объектов Минобороны. То есть эвакуацию тысяч граждан…» В период, когда компания была основным поставщиком угля для Минобороны, ни один объект не был заморожен, что, по мнению Самойлова, доказывает «эффективность упомянутой системы контрактации поставок».

Со счетов «КомиДревПром» и «Фирмы «Уникс» деньги уходили дальше на счета конечных поставщиков, а оттуда немалая часть перечислялась в адрес фирм с признаками однодневок. Особое внимание финансовых разведчиков привлекли фирмы «Гранд сервис» и «Респром», зарегистрированные на массовых учредителей, которые признали, что не имели к ним никакого отношения, оформляли их на себя за вознаграждение по просьбе третьих лиц. Обе фирмы несколько раз меняли юридические адреса, переезжая из Омска в Москву, из Москвы — в Новосибирск, и названия (одна из этих фирм уже не существует). Всего на счета этих фирм в исследуемый период поступило более 200 млн рублей. Дальнейшее изучение судьбы этих денег выявило «множество финансовых операций, указывающих на наличие организованной крупномасштабной схемы, направленной на «обналичивание». Могли ли эти обналиченные с помощью фиктивных фирм деньги иметь бюджетное (в рамках контрактов на поставку угля) происхождение? Можно предположить, что да: по крайней мере, по счетам некоторых из них видно, что большая часть поступлений приходилась именно на компании, задействованные в цепочке поставок угля для Минобороны.

Александр Самойлов говорит, что проверка по бухгалтерии показала: ни одна из перечисленных нами фиктивных фирм «никогда не имела отношений с «ИК «Таврический», и деньги в их адрес никогда не перечислялись». Самойлов подчеркнул, что деятельность его компании не предполагает наличия субподрядчиков, все договоры с контрагентами подписываются очно, в офисе, с проверкой всех документов и полномочий ответственных лиц. «ИК «Таврический» не имеет дела с сомнительными фирмами», — уверен Самойлов.

«Де-юре это так, но все эти рассуждения — от лукавого, — не согласен, в свою очередь, бывший сотрудник Росфинмониторинга. — Конечно, по бухгалтерии вы никогда не найдете фирм-однодневок, потому что я не встречал еще ни одного обнальщика, который кидал бы деньги напрямую на однодневку. Такие истории отслеживались бы и доказывались на раз. Для этого всегда выстраивается цепочка из нескольких уровней (причем на каждом уровне статус фирмы ухудшается: от «белой» — к «серой», от «серой» — к уже совершенно помоечной, «черной»), чтобы усложнить путь денег».
 
Не в первый раз

В самый разгар сотрудничества «ИК «Таврический» с Минобороны, в 2011 году, судья Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга выносила приговор в отношении восьми подсудимых. Их имена мы не называем по их же просьбе, переданной через представителя: широкой общественности их фамилии ни о чем не говорят, они осознали свою вину, а лишнее упоминание может испортить им дальнейшую жизнь. Все обвиняемые признали свою вину, заявили ходатайства о рассмотрении дела в особом порядке и получили условные сроки.

Они обвинялись в незаконной банковской деятельности и мошенничестве путем незаконного возмещения НДС из бюджета. Как установило следствие, в период с 2005 по 2008 год они создали группу, которая предоставляла незаконные банковские услуги по «обналичке». Руководители группы подыскивали клиентов среди коммерческих компаний, которые перечисляли деньги на фиктивные фирмы (как правило, это был уход от налогов), — эти фирмы и их счета контролировались другими членами группы, в дальнейшем деньги обналичивались, участники схемы забирали свой процент, а «нал» отвозился в бронированных машинах клиентам-заказчикам.

Кроме того, участники группы специализировались на «серых» схемах торговли лесом. Судя по приговору, они закупали лес у производителей (чаще всего за наличные), затем создавали цепочку фиктивных фирм, якобы перекупавших лес друг у друга, а впоследствии лес реализовывался на экспорт. Участие в схеме фиктивных фирм позволяло участникам группы возмещать НДС из бюджета. Всего таким образом они возместили около 3 млн рублей.

К чему эта предыстория? Все дело в том, что почти все осужденные на момент 2011 года работали в фирмах, так или иначе задействованных в схемах поставки угля для Минобороны. Более того, некоторые из этих фирм попали в поле зрения Росфинмониторинга и назывались нами выше в связи с сомнительными операциями. Например, один из организаторов преступной группы на момент вынесения приговора и до 2013 года работал исполнительным директором «ИК «Таврический» и непосредственно отвечал за поставки угля. Двое его «подчиненных» по преступной группе работали в «Фирме «Уникс», со счетов которой деньги за уголь по цепочке перечислялись на «обналичку».

Второй организатор преступной группы работал в компании «Севлес Форест Логистик», связанной с семьей сенатора от Коми Евгения Самойлова. В настоящее время он также трудится на «Сыктывкарском ЛДК», чье имущество в ходе банкротства выкуплено в интересах семьи того же сенатора Самойлова и отчасти на деньги Минобороны.

Подчеркнем: период деятельности группы охватывал 2005—2008 годы. Однако тот факт, что почти все участники группы перешли в фирмы, задействованные в поставках угля для Минобороны, а также поразительное сходство сомнительных операций, которые привлекли внимание правоохранительных органов сегодня и были установлены их коллегами несколько лет назад, — все эти факты заставляют предположить: не были ли уже опробованные на торговле лесом схемы применены и сегодня — на торговле углем для Минобороны? В «ИК «Таврический» эти предположения комментировать не стали, сославшись на право каждого гражданина на частную жизнь и личную тайну. Однако источник, близкий к компании, уверил, что почти все из этих людей к компании больше не имеют отношения.

Сенатор от Коми Евгений Самойлов на вопросы «Новой газеты» заявил, что также не считает нужным комментировать свои знакомства.

****

В контракте с автомобилями Генштаба остались фирмы зятя Сердюкова

История с передачей автопарка Генштаба, в которой замешаны экс-министр Анатолий Сердюков и его зять Валерий Пузиков, получила неожиданное скандальное продожение. Главное военное следственное управление (ГВСУ) с лета прошлого года расследует уголовное дело, возбужденное по фактам хищений и мошенничества, выявленных при проверке госконтракта на 10 млрд рублей. По версии следствия, и люксовые иномарки, и «КамАЗы» — всего 560 автомобилей — военные арендовали сами у себя в среднем за 6,1 млн рублей в год каждая. Госконтракт этот до сих пор не расторгнут, и в этом году должен быть закрыт. 

Источники в Минобороны предполагают, что закрывать его будут те же люди, что и открывали, соответствующую доверенность, по их информации, уже подписал министр обороны Сергей Шойгу. Официально военное ведомство это никак не комментирует. Однако в распоряжении «Известий» есть документы, подтверждающие, что до министра обороны пытались донести информацию об истинном положении дел с выполнением госконтракта, но в доверенности оказался даже пункт, позволяющий заключать новые договоры на оказание автотранспортных услуг с юридическими и физическими лицами на возмездной основе. 

Госконтракт на 10 млрд рублей по обеспечению автотранспортом воинских частей в 2011–2013 годах был заключен с ФГУП «Санкт-Петербургский инженерно-технический центр Минобороны России». Со стороны военных его подписывал Александр Грабко, начальник войсковой части № 83466, на балансе которой находился автопарк Генштаба с филиалами в 24 городах. Со стороны ФГУП — гендиректор Валерий Седов. 

Для получения контракта ФГУП предоставило поддельную безотзывную банковскую гарантию на 1 млрд руб. от Тверского коммерческого банка «КБЦ». О том, что гарантия левая — от печатей до подписей — и банк ее никогда не выдавал, было известно еще с февраля 2012 г. По условиям контракта, ФГУП обязан был в течение 10 дней найти другой банк-поручитель, или госконтракт расторгался. 

— О том, что контракт заключался с множеством нарушений и цены в нем были существенно завышены, было известно с самого начала — на 6,1 млн руб., которые якобы тратились на обслуживание одного автомобиля, можно было бы купить два новых класса «люкс» или с десяток попроще, — рассказывает источник в правоохранительных органах. — Юристы и бухгалтеры предупреждали, что только на оплате страховок и транспортного налога прямой ущерб составит 12 млн руб., а общий — 1 млрд. Однако сделку курировал лично Анатолий Сердюков и возражения были бесполезны. 

Как показало расследование, при расчетах стоимости автотранспортных услуг применялись двойные тарифы — так называемого «1-го километра пробега автомобиля» и никак не регламентируемого нормативно «1-го часа использования автомобиля», в путевые листы «умышлено вносились заведомо ложные сведения и приписки». По документам выходило, что при перевозке военных активно использовались автомобили с «нулевым пробегом», которые на самом деле вообще не покидали гаражи или находились в так называемом «режиме ожидания», оплата которого в принципе не была предусмотрена госконтрактом. 
 

(Для увеличения изображений нажимайте мышкой)

С каждым месяцем аппетиты участников процесса только росли. Если в январе 2010-го года превышение стоимости автоуслуг составило 946 тыс. руб., то уже в августе оно превысило 1 млн, а в январе 2011-го составило 7,9 млн руб. Май 2011-го принес уже 8,8 млн, июль же побил все рекорды — 14,3 млн руб. Только на «левых» данных и оплате фактически не выполненных услуг Минобороны потеряло 86 млн руб. Больше 83 млн были потом обнаружены на счетах компаний ООО «Автосервис-ММ» и ООО «Техцентр» — принадлежащих зятю экс-министра Анатолия Сердюкова Валерию Пузикову. 
 


Еще 10,2 млн руб. ушли на счет некоего ООО «Строй-Ресурс». До мая 2013 года по месту его московской «прописки» значилось еще 73 компании, а его гендиректор Виталий Стоян якобы руководит еще в 28 фирмах и в 19 числится совладельцем. Следов гендиректора, как и экономической деятельности этих ООО обнаружить не удалось. 5 млн из этой «десятки» — через ООО «Консалт-Финанс» — потратили на «семерку» BMW, на баланс предприятия ее не ставили. 

С марта 2007 г. по май 2010 г. генеральным директором ФГУП был Валерий Пузиков. Правда, называлось оно тогда немного иначе — ФГУП «Санкт-Петербургский инженерно-технический центр Федеральной налоговой службы» и первый госконтракт был на скромные 400 млн руб. За несколько дней до его окончания появился аналогичный — но уже на 3,5 млрд до конца 2012 г. ФГУП за это время переименовали, оставив, впрочем, полным «тезкой» — уже не ФНС, а Минобороны. 

В августе 2011 г., через восемь месяцев после заключения госконтракта на 10 млрд, экс-министр обороны Анатолий Сердюков решил «оптимизировать» расходы на автопарк Генштаба, ликвидировав 24 филиала в/ч 83466 по всей стране. В итоге больше 500 автомобилей — от люксовых иномарок до КамАЗов — в начале безвозмездно передали в пользование ФГУП, а потом, у него же, взяли в аренду. 

Под приказом о «ликвидации и оптимизации» стоит личная подпись Анатолия Сердюкова. И если на момент подписания госконтракта на балансе ФГУП числилось всего несколько машин — две BMW, три представительских Mercedes, внедорожник Porche Cayenne, два FIAT и три «бронированных автомобиля для перевозки высшего руководства» — то теперь ситуация резко изменилась, и скромная конторка вдруг стала крупным игроком, чьим счетам был открыт «зеленый свет». 

Летом прошлого года по сделкам Сердюкова и Пузикова активно работала военная контрразведка. Информации о хищениях — в том числе от самих возмущенных офицеров — было столько, что различные спецслужбы соревновались, кто первый доложит ее президенту, говорит хорошо информированный источник в военном ведомстве, пошла «раскрутка» дела «Оборонсервиса»

В октябре 2012 года госконтракту, заключенному по липовой банковской гарантии, попытались придать законный вид. Вместо нее — спустя 8 месяцев, а не 10 дней — появилась копия другой, тоже на 1 млрд руб., от банка «Санкт-Петербург», Валерий Пузиков в нем акционер (4,55%). В ход пошли чисто юридические уловки — ФГУП в Арбитражном суде Москвы пытался признать сделку с Тверским коммерческим банком «КБЦ» недействительной и просил применить последствия недействительности сделки, т.е. вернуть все в первоначальное положение — на момент заключения госконтракта. Сделку по суду признали ничтожной, в остальных требованиях отказали. Подтверждение же того, что новая банковская гарантия все-таки выдавалась, от банка «Санкт-Петербург» пришло в Минобороны лишь в конце июня 2013 года. 
 


Теперь, как выяснилось, в/ч 83466 предлагает ФГУП те самые 86 млн руб., которые «накапали» на двойных тарифах и «режиме ожидания» и в итоге оказались на счетах аффилированных фирм Валерия Пузикова, а затем в деле о мошенничестве с автопарком Генштаба — вернуть им «полюбовно». ФГУП, как следует из имеющейся переписки, согласен, если Минобороны примет такое решение. Официальный комментарий в ФГУП «СпбИнжтехцентр» предоставить не смогли, потому что «никого из руководства нет на месте». 
 


Как следует из доклада начальника Главного автобронетанкового управления Минобороны Александра Шевченко заместителю министра обороны Дмитрию Булгакову, по условиям контракта и действующего законодательства, он должен быть досрочно расторгнут, поскольку Арбитражный суд признал банковскую гарантию ничтожной. К тому же, пишет генерал Шевченко, в в/ч 83466 отсутствует вся отчетная документация по госконтракту с января 2011 по июль 2012 года, потому что изъята следователями.   



Но в конце июля начальник в/ч 83466 Александр Грабко подает в департамент претензионной и судебно-правовой работы Минобороны другое письмо, в котором просит выдать ему за подписью министра обороны новую доверенность. Она нужна, чтобы закрыть скандальный госконтракт на 10 млрд руб. Грабко предлагает включить в нее и другие пункты: право на подписание актов приема-передачи, счетов-фактур по договорам и госконтрактам по ремонту и обслуживанию автомобильной техники, а так же право заключения договоров — с юридическими и физическими лицами. 
 



— Эта доверенность нужна, чтобы закрыть госконтракт на 10 млрд руб., а все концы спрятать в воду, — убежден хорошо информированный источник в спецслужбах. — За последние 1,5 месяца в рамках его завершения они забрали последние 800 млн руб. Если доверенность уже подписана Шойгу, то получается, что он или покрывает воровство Сердюкова, Пузикова и их товарищей, или окружение министра обороны сознательно не доводит до него всей информации. 

Официальный комментарий в Минобороны оперативно предоставить не смогли. Начальник в/ч 83466 Александр Грабко на вопрос — подписана доверенность или нет — отвечать отказался. В уголовном деле по автомобилям Генштаба, говорит источник в ГВСУ, официальных претензий ни к Сердюкову, ни к Пузикову нет.

Елизавета Маетная 

Источник: “Известия”, 14.08.2013




Материалы по теме