Финансы
21.12.2015

Дыры Владимира Дмитриева залатают виртуальными деньгами

Дыры Владимира Дмитриева залатают виртуальными деньгами
  • Рецепт спасения Костина (справа) не поможет Дмитриеву. Фото "Ведомости"

Так как в Фонде национального благосостояния кончились деньги, ВЭБ укрепят бумагами

Спасением крупнейшего системообразующего Внешэкономбанка чиновники активно занимались весь ноябрь и декабрь, решая по существу одновременно два противоположных задания: найти средства для поддержания финансовой структуры и не затронуть лиц, причастных к катастрофическому финансовому положению банка, в частности, его главы Владимира Дмитриева, доведшего ВЭБ до состояния дефолта. Разумеется, решение таких двух разновекторных задач может быть только административным, каким оно и было раньше, когда долги перекладывались на Центробанк, а тот их погашал за счет бюджета. Таким образом когда-то помогли купленному ВТБ Банку Москвы – тот получил деньги из ЦБ почти по нулевой ставке и вложил их в ОФЗ примерно под 7% годовых, разница сразу закрыла дыру в капитале. Судя по всему, в кабинетах господ Силуанова и Улюкаева и сейчас склоняются к похожему решению - погасить долги за счет многострадального Фонда национального благосостояния. Практически решено пролонгировать финансирование от ФНБ и ЦБ, рассказали «Ведомостям» три федеральных чиновника. Помимо этого очень вероятно снижение ставки по депозитам ФНБ, добавляют двое из них. Разница в ставках должна дать дополнительную бумажную прибыль, которая зачтется в капитале банка.

 

Иначе говоря, ВЭБу предписано паллиативное лечение, которое не лечит, а лишь устраняет симптомы. А решение проблемы банка (как и многое другое в стране) переносится на неопределенное время. Конечно, такое "лечение" с точки зрения улучшит показатели финансовой структуры в статистических отчетах. Непонятно только, как Дмитриев собирается рассчитываться бумагами со своими кредиторами, в том числе и иностранными, уже в наступающем году.

Судьба госкорпорации может решиться уже на этой неделе. Она будет обсуждаться на наблюдательном совете (запланирован на 22 декабря), говорил ранее помощник президента Андрей Белоусов. Пока в повестке этот пункт не значится. Председатель ВЭБа Владимир Дмитриев прокомментировал только депозиты ЦБ: «Мы ведем переговоры с ЦБ относительно судьбы этих депозитов и с его стороны ощущаем поддержку». Представители Минфина и ЦБ отказались от комментариев. Решение о пролонгации всеми поддерживается, даже Минфином, утверждают источники, другие варианты еще хуже.

Деньги из ФНБ ВЭБ начал получать с кризиса 2008 г., и на 1 декабря, согласно данным Минфина, задолженность перед фондом составляла 195 млрд руб. и $6,2 млрд. На них приходится 14,3% всех обязательства ВЭБа, указывается в отчете Fitch.

Сроки депозитов разные: один бесцелевой на 50 млрд руб. надо погасить уже летом 2016 г., антикризисные депозиты – в 2019–2020 гг., а $5,9 млрд субординированных депозитов, которые выданы на докапитализацию самого ВЭБа, – в 2029 г. Ставки по валютным депозитам – LIBOR + 2,75% и +3%, почти по всем рублевым – 6,25%, только по одному – 7,25%.

ЦБ разместил в ВЭБе, согласно отчетности госбанка за первое полугодие, 277,3 млрд руб. на срок до года, 85 млрд руб. – на срок свыше года. Речь же, по словам чиновников, идет о пролонгации финансирования для санации банков: в 2008 г. ВЭБ получил от ЦБ 212,6 млрд руб. на спасение Связьбанка и «Глобэкса», в 2014 г. депозит был конвертирован в семилетние облигации, тогда же ВЭБ добился снижения ставки с 4 до 2%.

Удлинение сроков по депозитам при одновременном снижении ставки действительно может поддержать капитал банка, подтверждает аналитик S&P Виктор Никольский. По принципам МСФО при привлечении средств по ставке ниже рыночной вся разница учитывается как прибыль. В случае с ВЭБом она будет очень существенной. Прибыль вырастет еще больше, если будет удлинен и срок депозита. Таким образом, Минфин одной бухгалтерской операцией значительно повысит капитал ВЭБа, указывает Никольский.

Аналогичный эффект может быть и от пролонгации облигаций от ЦБ, объясняет один из чиновников. В прошлом году ВЭБ уже заработал на похожей операции 82,9 млрд руб.

У ВЭБа сразу две проблемы: внешний долг (более 1 трлн руб., в следующем году нужно около 200 млрд руб. на погашение евробондов) и нехватка капитала – именно на второе направлена пролонгация, указывает аналитик Fitch Антон Лопатин. Потенциальную дыру в капитале ВЭБа из-за плохих сочинских и украинских кредитов Fitch оценивает в 500–600 млрд руб. Достаточность капитала госбанка пока 12,3%, формально ему не нужно соответствовать требованиям ЦБ, но к этому показателю привязаны ковенанты по некоторым его евробондам, объясняет Лопатин.

Никольский предупреждает о рисках спасительной операции: бумажная прибыль засчитывается только по МСФО, а по РСБУ она значительно меньше и появляется за счет улучшения процентной маржи. И сложность в том, что методика расчета достаточности капитала ЦБ отталкивается от определения прибыли и капитала именно по РСБУ и именно на это значение завязаны ковенанты по евробондам, продолжает Никольский: «Так что цель может быть не достигнута». Чиновники опасаются больше всего этого сценария: ковенанты «полетят» – и инвесторы предъявят бумаги к погашению на несколько миллиардов долларов.

Также по-прежнему ВЭБу нужны деньги на выплату внешнего долга уже в следующем году, а не потом, обеспокоен менеджер ВЭБа, – бумажным эффектом не обойтись.

Пролонгация не панацея и этот вариант не отменяет докапитализации через ОФЗ, согласны чиновники. Изначально в правительстве хотели пополнить капитал ВЭБа через госбумаги на 1 трлн руб., затем под них можно привлечь деньги в ЦБ на выплату внешнего долга. Второй вариант – поменять евробонды ВЭБа на евробонды Минфина. Минфин против – все это увеличивает госдолг. Но сейчас вопрос только в том, как быстро выделять ОФЗ – в один год или растянуть по годам, говорят чиновники. Если сразу около 1 трлн руб., это прибавить к дефициту более 1% ВВП, зато может радикально решить проблему с балансом ВЭБа – ОФЗ обмениваются на плохие активы, которые перекочуют государству. Второй вариант – по 200 млрд руб. ОФЗ в год, для дефицита бюджета почти незаметно (около 0,3%). Но ВЭБ по-прежнему остается с токсичными активами. И это не так безобидно, как кажется, предупреждает один из чиновников: банку придется досоздавать резервы, уменьшая капитал, – и тогда точно «полетят» ковенанты.

 

****
 
Дмитриев превратил ВЭБ в «помойку для долгов»

Проекты и долги ВЭБа надо передать государству, а на месте банка создать новый институт развития – таков один из обсуждаемых вариантов спасения ВЭБа. Это бы неплохо, только невозможно, возражают госбанкиры и чиновники.

 
Долги ВЭБа - дело всенародное

 

22 декабря наблюдательный совет Внешэкономбанка под председательством премьер-министра Дмитрия Медведева будет решать, как спасать банк. Среди разных вариантов есть и радикальный — закрыть ВЭБ, передав его обязательства и активы в бюджет, рассказал РБК источник в ВЭБе. Закрыть ВЭБ — один из обсуждаемых вариантов, соглашается правительственный чиновник, но «мы точно знаем, что институт развития нам необходим, — мы без него не? можем: не исключено, что будет создан новый».

Один из госбанкиров рассказал, что министр финансов Антон Силуанов настаивает на необходимости передать все обязательства и активы ВЭБа в госбюджет. В результате этой операции нынешний глава ВЭБа Владимир Дмитриев даже сохранит свой пост в новом институте развития. Другой госбанкир говорит, что не слышал о таком плане, но «это было бы неплохо». При этом оба собеседника РБК в госбанках уверены, что закрыть ВЭБ практически невозможно, и не верят в то, что такое решение может быть принято.

Радикальное предложение поддерживают и не все министры в правительстве, говорит собеседник в ВЭБе: «На комиссии у [первого вице-премьера Игоря] Шувалова не смогли договориться?? об этом». Вопрос закрытия ВЭБа не обсуждается, сказал в пятницу РБК замминистра финансов Алексей Моисеев. Силуанов 16 декабря говорил, что «ВЭБ сохранится и будет продолжать работать как институт развития», а «бюджет в следующем году подставит [ВЭБу] плечо».

Представители ВЭБа и Шувалова отказались от комментариев.

В конце ноября ряд СМИ написали, что Дмитриеву ищут замену. При этом сам глава ВЭБа на вопрос издания ответил, что никуда уходить не собирается и своим местом доволен. О том, что Дмитриев может быть уволен, сообщало и Reuters 30 ноября со ссылкой на собственный источник в ВЭБе. «Идет закулисная война», — говорил другой источник Reuters про разногласия по поводу управления ВЭБом.

Спаение ценой бюджета


3 декабря президент Владимир Путин в ежегодном послании парламенту сказал, что многие институты развития «превратились в настоящую помойку для плохих долгов», и поручил оптимизировать их состав и функции. Президент не указал, какие конкретно институты имеет в виду (в России насчитывается 27 государственных институтов развития), но основным таким институтом является ВЭБ — активы группы равны примерно 5,5% ВВП страны.

 

«Действительно, на повестке дня, честно говоря, стоит вопрос о Внешэкономбанке», — признавался 10 декабря министр Силуанов. Он оценивал спасение ВЭБа в 1,7% ВВП, то есть в 1,34 трлн руб., если исходить из официального прогноза ВВП на 2016 год. Путин поручил исполнить бюджет 2016 года с дефицитом не более 3% ВВП, но без учета помощи ВЭБу, то есть оздоровление ВЭБа ляжет дополнительной нагрузкой сверх 3% ВВП. Впрочем, министр финансов указывал, что одномоментно всю сумму ВЭБу выделять не будут, помощь будет разбита на несколько лет. Один из госбанкиров сказал РБК, что решение по ВЭБу должен принять Путин. По словам банкира, среди вариантов поддержки госкорпорации рассматривается докапитализация с помощью ОФЗ примерно на 1,5 трлн руб.


Безграничное хозяйство


ВЭБ называется институтом развития, но на деле его функционал гораздо шире. Путин поручил установить «ограниченный перечень приоритетов» деятельности таких институтов — научное развитие, технологическое обновление экономики, поддержка импортозамещения и экспорта, жилищного строительства и развития регионов. ВЭБ через свои дочерние компании (Фонд развития Дальнего Востока, Корпорация развития Северного Кавказа, «ВЭБ-Инновации», РФПИ, Росэксимбанк, Российский экспортный центр и т.д.) участвует в выполнении этих задач, но помимо этого он с 2008 года играет роль антикризисного инструмента (в частности, спасал банк «Глобэкс» и Связь-банк, которые остаются на его балансе), а также выполняет агентские функции. Например, ВЭБ является агентом правительства по управлению пенсионными накоплениями граждан, по управлению госдолгом и внешними финансовыми активами России. Эти функции у ВЭБа могут забрать при реорганизации, говорят источники в правительстве.

На балансе ВЭБа внешний долг, оцениваемый Bloomberg в $18 млрд, и проблемные активы на миллиарды долларов.

Замминистра финансов Татьяна Нестеренко говорила, что выплаты ВЭБа по внешним долгам в 2016 году составят около 200 млрд руб. ($3 млрд). Сам ВЭБ в своей ноябрьской презентации для инвесторов раскрывает только $533 млн внешнего долга по евробондам в 2016 году, но оговаривается, что речь идет только о долге без учета дочерних компаний (консолидированный долг ВЭБ не раскрывает).

ВЭБ был главным кредитором олимпийских застройщиков, профинансировав 20 проектов на 240 млрд руб., писали «Ведомости» в 2013 году, — уже тогда 79% этих кредитов были проблемными. До 2014 года ВЭБ выдал неназванным российским инвесторам кредитов на $8 млрд на финансирование металлургических предприятий на Украине, главным образом на Донбассе. Из-за военных действий на востоке Украины ВЭБ вынужден обесценивать эти кредиты. «Там реальная проблема, это форс-мажорное положение, и это стало особенно понятно в конце 2014 года. Есть разница между заводом, который не совсем вовремя возвращает кредиты, но работает, и заводом, который стоит в чистом поле разбомбленный», — объяснял в апреле 2015 года первый зампред правления ВЭБа Михаил Полубояринов. На середину 2015 года ВЭБ оценивал объем кредитов третьим сторонам на приобретение ценных бумаг и финансирование предприятий металлургической отрасли Украины в 470 млрд руб. ($6,6 млрд по текущему курсу), относя их к категории подверженных риску. Резерв под обесценение этих кредитов составлял почти 145 млрд руб.

В 2014 году ВЭБ получил рекордный чистый убыток по МСФО на 250 млрд руб., за первое полугодие 2015 года — 73,5 млрд руб.

Продать что-нибудь ненужное

 

Деятельность ВЭБа в цифрах выглядит так.

Не менее 240 млрд руб. кредитов выдал ВЭБ на строительство объектов к Олимпиаде в Сочи 2014 года.

469,6 млрд руб. составляет балансовая стоимость кредитов на 30 июня 2015 года, выданных ВЭБом на финансирование украинской промышленности до начала конфликта на Донбассе.

73,5 млрд руб. убытка получил ВЭБ по МСФО за первое полугодие 2015 года.

17,2% составляет доля проблемных кредитов в кредитном портфеле ВЭБа (на конец 2014 года — просрочка свыше 30 дней плюс реструктурированные кредиты).

В 1,2–1,5 трлн руб. оценивается потенциальная помощь ВЭБу со стороны правительства.

300 млрд руб. составляют средства Фонда национального благосостояния, которые правительство постановило в мае 2015 года разместить на депозитах в ВЭБе.

167,7 млрд руб. заработал ВЭБ, управляющий средствами пенсионных накоплений, за 9 месяцев 2015 года для будущих пенсионеров.

200 млрд руб. ($3 млрд) составляют выплаты по внешним займам ВЭБа в 2016 году.

В том, что касается ВЭБа, в правительстве нет единства ни в целом, ни в частностях. Так, министр финансов Антон Силуанов считает, что, прежде чем ВЭБ получит госпомощь, он должен продать свои ликвидные активы. Например, у ВЭБа есть 2,7% акций «Газпрома», которые сейчас стоят порядка 85 млрд руб. исходя из капитализации на Московской бирже. А министр экономического развития Алексей Улюкаев считает, что такая продажа бессмысленна: «Если у вас есть ликвидные активы, вы можете их продавать. Под эти активы вам не нужно создавать больших резервов, они не обременяют ваш баланс. Проблема в тех активах, которые обременяют ваш баланс, и они именно поэтому не продаются… Тут ничто не поможет с точки зрения капитала банка решению его задач. Бессмысленное упражнение». ?

Источник: РБК, 21.12.2015