Финансы
11.03.2015

Леонид Лебедев предъявил Вексельбергу вексель

Леонид Лебедев предъявил Вексельбергу вексель
  • Леонид Лебедев. Фото "Ведомости"
Сенатор жалуется, что его оставили без миллиарда

Судебные разбирательства российских олигархов между собой в иностранных судах сплошь и рядом должны озадачивать тамошних судей. Сплошь и рядом бизнес-отношения подменяются понятиями, откатами, крышеванием и тому подобными словами, непривычными для иностранных ушей. Самое ольшое доказательство миллиардных контрактов тут в лучшем случае - мятые расписки. И уже никто не удивляется тому, что, например, сенатор Леонид Лебедев сам не может тольком объяснить, что за вексель он продал в 2003 году за $600 млн в 2003 г. совладельцам ТНК Виктору Вексельбергу и Леонарду Блаватнику.

Как сообщают "Ведомости",  с февраля 2014 г. Лебедев пытается в Верховном суде штата Нью-Йорк взыскать с бывших совладельцев ТНК-BP Вексельберга и Блаватника $2 млрд. Лебедев утверждает, что в ТНК-BP был «тайным акционером» – владел 15% компании OGIP (остальное в равных долях принадлежало Вексельбергу и Блаватнику), которой, в свою очередь, принадлежало 25% ТНК-BP, – и может претендовать на часть средств, полученных от продажи компании «Роснефти» в 2013 г.

Соглашение о создании OGIP Вексельберг и Лебедев подписали в 2001 г. (текст соглашения опубликован судом). Из документа следует: Лебедев получил от партнеров вексель на $200 млн. Ставка по векселю – 10% годовых, а срок погашения – 31 декабря 2010 г. По этому документу Вексельберг и Блаватник начиная с октября 2001 г. обязались выплачивать Лебедеву 15% от доходов OGIP в виде платежей по векселю. Но если сумма доходов от доли Лебедева в OGIP выше платежей по векселю, то стороны должны будут обеспечить ему дополнительные доходы «в виде платежей по консультационному контракту или иным путем», а если ниже, то Лебедев вернет партнерам разницу. Однако под этим текстом, опубликованным судом, нет подписи Блаватника. Но его подпись была не нужна, утверждал Лебедев в интервью год назад, поэтому до 2003 г. по векселю сенатор получил $11 млн доходов от OGIP.

В 2003 г. этот вексель продала Coral Petroleum подконтрольной Вексельбергу и Блаватнику Rochester Resources за $600 млн, следует из договора о продаже, тоже опубликованного в базе суда. Там же указано, что вместе с продажей векселя Coral отказывается от любых претензий к Rochester Resources. В интервью Лебедев рассказывал, что в 2003 г. вексель был обменян на $600 млн – это были выплаты его доли от продажи 50% ТНК британской BP. А в материалах Высокого суда Лондона, где Вексельберг и Блаватник пытались запретить Лебедеву судиться с ними в США, говорится, что сенатор не подтверждает свою связь с Coral. Видимо, Лебедев передал вексель компании Coral, которая формально ему не принадлежала, из-за расследования итальянской полиции, подозревавшей бизнесмена в контрабанде оружия, но очевидно, что вексель принадлежал именно Лебедеву, посчитал суд Лондона. Вексельберг и Блаватник считали, что, выкупив вексель, полностью урегулировали отношения с партнером, «включая все потенциальные иски», говорит источник, близкий к одной из сторон спора. Кроме $600 млн Лебедеву впоследствии ничего не выплачивалось, говорит он. Представитель Лебедева от комментариев отказался.

33012015veksel3


После того как BP купила долю в ТНК, дивиденды новой компании существенно выросли (см. график), за 2003–2010 гг. русско-британская компания выплатила акционерам $28,7 млрд. Так что доля Лебедева в них могла бы составить $1,1 млрд. Лебедев при этом судится не за дивиденды, а за свою долю в OGIP. Он не отрицает, что продал право на получение дивидендов, но утверждает, что право на долю в компании договор продажи векселя оставляет за ним. Сразу две крупные инвестиционные компании оценили долю Лебедева в $1,4–1,5 млрд, но партнеры были не согласны с такой оценкой, говорил он год назад. По мнению Вексельберга и Блаватника, по договору о продаже векселя Лебедев передал все права и требования, проистекающие из его доли в OGIP.

По мнению партнера King & Spalding Ильи Рачкова, исходя из текста договора, Coral действительно передала все права на вексель. Если стороны считали, что права на вексель одновременно давали какие-либо права на долю в компании, то с передачей векселя перешли и все права на долю, отмечает он, но однозначного вывода только из текста этого документа сделать нельзя.