Финансы
09.02.2015

Секретный фонд Невзлина и Ходорковского

Секретный фонд Невзлина и Ходорковского

  • Михаил Ходорковский. Фото "Ъ"
Деньги ЮКОСа инвестированы в Cube Capital, собственность оформлена через зиц-директоров

Пока одни акционеры КОСА судятся с Россией и требуют им выплатить пятьдесять миллиардов "экспроприационных" долларов, другие когда-то близкие к Михаилу Ходорковскому люди весьма успешно устроились в бизнесе, размер которого также измеряется сотнями миллионов и включает в себя самые разнообразные активы по всему миру, в том числе и в России. Причем в свое время эти активы скупались для империй Ходорковского и Лебедева, и управляют ими люди, близкие к этим двум опальным бизнесменам, так что говорить о полном разгроме этих структур, видимо, рановато. Более интересно, кто же управляет всем этим "осиротевшим имуществом"? Здесь нам особо стоит обратить внимание на компанию Cube Capital и ее управляющего директора Олега Павлова.

 

05022015pavlov03Как сообщает в своем расследовании Forbes, бывший партнер Brunswick UBS Олег Павлов (на фото) начинал карьеру с «шоколадок» — готовил аналитические отчеты о фабрике «Красный Октябрь» и торговых компаниях, вспоминает один из его коллег. Имя себе Павлов сделал чуть позже на обслуживании группы «Менатеп» и компании ЮКОС. В 2001 году он был одним из авторов революционного для российского долгового рынка выпуска конвертируемых облигаций UBS, обеспеченных акциями ЮКОСа. С помощью этих бумаг акционеры «Менатепа» вывели на свободный рынок 5% акций нефтяной компании. Так ЮКОС готовили к IPO в Нью-Йорке в 2003 году. Павлов консультировал «Менатеп» не только по сделкам ЮКОСа. В 2001 году он организовывал покупку «Менатепом» российских телекоммуникационных активов у американской компании Andrew Corp.

Директор Group MENATEP Платон Лебедев заметил талантливого финансиста и позвал его на работу.

 

«Когда Павлов уходил, то в UBS очень расстроились, ведь ему прочили место главы банка», — вспоминает его знакомый.

В то время ЮКОС процветал, а Михаил Ходорковский был одним из богатейших предпринимателей страны. Он и основные акционеры ЮКОСа в конце 2001 года выделили сотни миллионов долларов на создание фонда Group MENATEP Investments (GM Investments). Перед новой структурой поставили задачу диверсифицировать группу «Менатеп», покупая любые активы, кроме нефтегазовых. Павлов возглавил фонд. Компанию ему составили глава дочернего банка Credit Swiss First Boston в России Франсуа Букле и Алан Сиполс, отвечавший в «Менатепе» за реструктуризацию долгов и рынки капитала. Управляющие вложили $160 млн в фонды под управлением AIG Capital Partners, Blackstone Group, Global Asset Management и The Carlyle Group. В начале 2003 года компания объявила о намерениях инвестировать до $40 млн в строительство гостиниц среднего класса в сотрудничестве с Sabre Projects и Marriott.

Осенью 2003 года арестовали Ходорковского, и трое его финансистов уехали в Лондон, где основали компанию Cube Capital. В 2005 году Букле от этой компании входил в совет директоров ЮКОСа. Партнеры не афишировали связь с «Менатепом», на сайте Cube Capital нет даже информации, что они работали на Лебедева и Ходорковского.

Однако источник в UBS и один из лондонских управляющих уверяют, что финансисты до сих пор продолжают управлять деньгами основных акционеров ЮКОСа и привлекли дополнительные средства сторонних инвесторов.

Павлов не стал отвечать на запрос Forbes. Представители Ходорковского и Лебедева отказались от комментариев. Представитель Леонида Невзлина не был доступен для комментария.

 

Куда инвестировал Cube? В 2004 году Cube стал инвестором издательского дома «Секрет фирмы», выпускавшего одноименный журнал и газету «Бизнес» и владевшего интернет-изданием «Газета.Ru». Одним из основателей издательского дома был Александр Локтев, бывший пресс-секретарь ЮКОСа. Невзлин тогда опровергал причастность ЮКОСа к «Секрету фирмы». В 2006 году Cube продал 70% «Секрета фирмы» издательскому дому «Коммерсантъ», по оценке экспертов, за $40 млн. В 2005 году за $40 млн фонд купил компанию «Инвесткинопроект», управлявшую четырьмя развлекательными центрами и 26 ресторанами в Волгограде, Екатеринбурге, Тольятти и Самаре. В 2007-м компания была продана примерно за $60 млн. Одним из покупателей был другой выходец из «Менатепа» — Кристофер Ван Рит, сейчас возглавляющий девелоперскую компанию складской недвижимости Radius Group. В середине 1990-х Ван Рита пригласил в «Менатеп» ставший впоследствии миллиардером Юрий Мильнер, который тогда возглавлял инвестподразделение банка «Менатеп». До дефолта 1998 года Ван Рит отвечал за корпоративный сектор, а после выбивал из «Менатепа» долг $100 млн в пользу японской инвесткомпании Daiwa. С ним Павлов и его партнеры участвовали в одной из своих самых успешных сделок на российском рынке. В 2004 году Cube Capital, Citigroup Venture Capital International и фонд Ван Рита купили 33,3% акций ритейлера «Дикси» за $40 млн. Через три года компания провела IPO, и доля фондов стала стоить $210 млн. В 2007 году Cube стал и остается до сих пор акционером крупнейшего на Украине логистического центра «Комодор» под Киевом с арендной площадью 70 000 кв. м совместно с PPF чешского миллиардера Петра Келлнера.

Сейчас под управлением Cube Capital более $1 млрд. Букле в интервью изданию Family Wealth Report говорил, что клиентами компании являются пенсионные фонды, family office и инвесторы с состоянием более $30 млн. Среди инвесторов фонда, по словам Павлова, есть российские эмигранты. Примерно $700 млн активов находится в фонде хедж-фондов Cube Global Multi-Strategy Fund, открытом в 2003 году. В 2013 году фонд принес инвесторам 8,1% чистого дохода. Худшим в его истории стал кризисный 2008-й, когда потери составили 12%. Фонд самостоятельно инвестирует только 2,5% от объема портфеля, остальные средства отдает в управление фондам, инвестирующим по всему миру — в США, Японии, Европе, Китае, на развивающихся и пограничных рынках, таких как Африка, Ближний Восток, Вьетнам.

 

05022015pavlov04
Алан Сиполс и Франсуа Букле — давние деловые партнеры Олега Павлова

 

Перед тем как зайти на африканские рынки в 2010 году, менеджеры Cube провели отбор из 20 управляющих, посетили 10 африканских стран, где познакомились с биржами, банками, брокерами, регуляторами и политиками. Еще $300 млн находятся в фонде Cube Global Opportunities, специализирующемся на инвестициях в специальные ситуации в Европе и Азии. Офис Cube Capital в Гонконге был открыт еще в 2006 году.

В 2013 году Павлов и партнеры собрали $150 млн в фонд для инвестиций в недвижимость в Мьянме, Вьетнаме и Монголии. Бизнес Cube по инвестированию в недвижимость выделили в отдельную компанию — Quadrum Global, активы под ее управлением составляли в начале 2013-го около $350 млн. Сейчас в портфеле компании 18 объектов недвижимости, среди них отель на 254 номера в Чикаго, отель на 240 номеров на берегу Атлантического океана во Флориде, 16-этажное жилое здание на Манхэттене, офис площадью 67 000 кв. м в пяти минутах от здания парламента в Лондоне, 127 000 кв. м жилой недвижимости и 26-этажный офисный центр площадью 28 000 кв. м во Вьетнаме. Фонд финансирует строительство 33-этажного отеля на 250 номеров и 150 000 кв. м жилой недвижимости в Тбилиси.

 

****
 
Экс-владельцы ЮКОСа не имели права судиться с Россией в Гааге, им присудили "лишних" $21,7 млрд, а Путин не то имел в виду

 

В пятницу пресс-служба Минфина сообщила, что 28 января Российская Федерация подала в Окружной суд Гааги ходатайства об отмене решений Международного арбитражного суда, который в июле 2014 года постановил взыскать с РФ в пользу бывших акционеров ЮКОСа $50 млрд компенсации за экспроприацию компании. В течение полугода Россия не выполнила решение суда, и с 15 января на присужденную сумму начали накапливаться проценты — по $2,4 млн в день.

В общей сложности Россия подала три ходатайства ­— по числу истцов, которые добивались компенсации по делу ЮКОСа. Ими выступали Yukos Universal, Hulley Enterprises и Veteran Petroleum, аффилированные с Group Menatep Limited (GML) и контролировавшие вместе около 70,5% нефтяной компании. Разбирательства в Гааге они инициировали еще в феврале 2005 года на основании Договора к энергетической хартии.

Мы изучили апелляцию Российской Федерации, представленную на 250 страницах (не считая экспертных заключений — еще 150 страниц), и разобрался в ее аргументах.


Арбитр и барон

Россию в новом процессе будет представлять адвокат Альберт Ян ван ден Берг, партнер бельгийской юрфирмы Hanotiau & van den Berg, говорится в ходатайстве. Ван ден Берг — президент неправительственной организации Международного совета по коммерческому арбитражу (ICAA), он входит в панели арбитров по всему миру: Американской арбитражной ассоциации (Нью-Йорк), Арбитражного суда при Федеральной экономической палате (Вена), Нидерландского института арбитров (Роттердам), Китайской международной торговой и экономической арбитражной комиссии (Пекин), Индонезийского совета национального арбитража (Джакарта), Сингапурского международного арбитража и др. В качестве консультанта по праву Нидерландов будет выступать барон Луи ван Утенхове из нидерландской юрфирмы Wessel Tideman & Sassen.

За работу прежней команды юристов в ходе первого процесса в Гааге Россия заплатила $27 млн, следует из решения суда. Ее интересы представляли также две юрфирмы — Cleary Gottlieb Steen & Hamilton и Baker Botts.

Спорная хартия

Договор к Энергетической хартии, на который ссылались в своем иске бывшие акционеры ЮКОСа, создавался с целью развития международного сотрудничества в энергетической сфере, его подписали 48 стран. Речь в нем идет в том числе о защите инвестиции? и механизмах урегулирования споров между инвестором и государством.

Россия подписала договор к хартии 17 декабря 1994 года, но Госдума так и не ратифицировала этот документ. Россия лишь согласилась применять его на временной основе, то есть только «в тои? степени, в которой временное применение не противоречит ее конституции, законам или нормативным актам». На этом основании РФ настаивает, что международный арбитраж не мог рассматривать требования бывших акционеров ЮКОСа.

К тому же Россия считает, что доли бывших совладельцев ЮКОСа не являются инвестициями, подпадающими под защиту хартии. Все три истца, выступившие против РФ, зарегистрированы в странах – участницах договора к Энергетической хартии — Hulley Enterprises и Veteran Petroleum — на Кипре, Yukos Universal — на острове Мэн. Но при этом они «входят в обширную сеть компании?-пустышек», созданных российскими олигархами, для того чтобы обеспечить себе «благоприятный налоговый режим» при получении дивидендов, говорится в апелляции. «Через непрозрачную сеть трастов и других холдинговых структур» эти фирмы подконтрольны гражданам России: Михаилу Ходорковскому, Леониду Невзлину, Платону Лебедеву, Владимиру Дубову, Михаилу Брудно и Василию Шахновскому (в октябре 2003 года совладельцы ЮКОСа перевели свои акции GML в трасты, учрежденные в соответствии с законодательством о. Гернси, и назначили себя, наряду с членами своих семеи?, попечителями и бенефициарами. В 2005 году Ходорковскии? перестал быть бенефициаром трастов на о. Гернси, в этом качестве его сменил Невзлин). Совладельцы ЮКОСа не привнесли в компанию иностранных инвестиций, а значит спор не имеет отношения к Энергетической хартии и должен решаться как внутрироссийский, говорится в ходатайстве России.

Не тот мандат

Другая причина для отмены решения, по мнению РФ, заключается в том, что бывшие акционеры ЮКОСа оспаривали налоговые требования к компании, а такие вопросы подпадают под оговорку договора об Энергетической хартии, исключающую разбирательства в Третейском суде. Но международный арбитраж ранее постановил, что основной целью российских властей было не взыскание налогов, а экспроприация нефтяной компании.

РФ также уверена, что арбитраж нарушил положение договора к Энергетической хартии, которое предусматривает, что споры об экспроприации должны рассматриваться сначала налоговыми органами участников процесса: в данном случае — Кипра, Великобритании и России. А уже после получения их экспертных заключений Третейский суд мог выносить решение, но Гаагский суд «по необъяснимым причинам» не сделал этого.

Лишние миллиарды

Сумма компенсации, присужденной Гаагским судом в пользу бывших акционеров ЮКОСа, — $50 млрд — считается крупнейшей в истории арбитражных разбирательств. При этом изначально оценка убытков наталкивалась на множество трудностей, поскольку суду приходилось оперировать сценарием «если бы не». Иными словами, необходимо было ответить на вопрос, насколько богатыми были бы акционеры ЮКОСа, если бы компания не была ликвидирована в 2004–2007 годах.

Защита России в своем ходатайстве описывает эту задачу так: суд определял «гипотетическую стоимость гипотетической компании и размер гипотетических дивидендов, которые эта гипотетическая компания выплатила бы за период десять с половиной лет» (2004–2014 годы).

Основная претензия России заключается в том, что суд использовал «собственную нестандартную методологию» расчета, которая привела к «ошибке». При этом арбитры не дали ответчику возможности высказать аргументы против этой методологии. Поэтому суд опять же превысил свои полномочия, считает защита России. Из-за «существенных изъянов в методологии Третейского суда» бывшим акционерам ЮКОСа неоправданно присудили по меньшей мере $21,7 млрд убытков, утверждает Россия.

Бремя доказывания при определении убытков лежало на истцах, что было признано судом. Истцы изначально заявили сумму в $114 млрд, которая базировалась на расчетах эксперта Брента Качмарека из оценочной фирмы Navigant. Методология Качмарека на этапе слушаний была раскритикована экспертом со стороны ответчика — профессором финансов Лондонской школы бизнеса Джеймсом Доу. Причем Доу прямо заявил, что модели Качмарека «так плохо составлены и так пестрят ошибками», что полностью поправить их невозможно.

В результате суд решил разработать собственную модель оценки гипотетической стоимости ЮКОСа и сделал это, как характеризует Россия, «произвольно выбирая различные части и отрывки из представленных сторонами данных и затем комбинируя и сочетая эти части способами, непредвиденными и очевидно неверными». Хотя суд признал право истцов на возмещение убытков, он заключил, что истцы не смогли доказать их размер. Поэтому, как считает Россия, суд должен был отказать в присуждении убытков или хотя бы попросить стороны подать дальнейшие заявления по этому вопросу.

Прецедент 1928 года

Критикуя решение суда присудить истцам убытки в определенном размере, Россия ссылается на дело о фабрике в польском городе Хожуве 1928 года. Эта фабрика по производству азотной кислоты до 1922 года находилась на территории Германии, а затем перешла под юрисдикцию Польши. Германское правительство подало жалобу в Постоянную палату третейского суда в Гааге, требуя признать фабрику незаконно конфискованной. Суд признал право Германии на справедливую компенсацию, но в отношении одной из составных частей предположительных убытков указал на отсутствие данных, необходимых для определения их размера, и отказал в присуждении.

Для определения гипотетической стоимости ЮКОСа на середину 2014 года, когда был вынесен вердикт о присуждении компенсации, суд ориентировался на оценку компании на 21 ноября 2007 года (официальная дата ликвидации ЮКОСа), скорректированную на изменение индекса «РТС – Нефть и газ» за период с 21 ноября 2007 года по 30 июня 2014 года. Невыплаченные дивиденды оценивались за период с конца 2004 года (аукцион по продаже ключевого актива ЮКОСа — «Юганскнефтегаза») по середину 2014 года. Таким образом, суд использовал разные исходные даты, а при расчете дивидендов по большей части опирался на модель Качмарека, которую профессор Доу — эксперт на стороне России — посчитал несостоятельной.

Россия обвиняет Третейский суд в том, что он «упустил из вида фундаментальные концепции теории корпоративных финансов». Суд фактически дважды насчитал истцам одно и то же возмещение, потому что использовал противоречащие друг другу схемы расчета акционерной стоимости и дивидендов, утверждает ответчик.

Из теории финансов известно, что акционерная стоимость компании, которая выплачивает больше дивидендов, растет медленнее, чем стоимость аналогичной компании, которая выплачивает меньшие дивиденды (у первой остается меньше денег на инвестиции в создание стоимости). Но суд, с одной стороны, использовал для расчета акционерной стоимости ЮКОСа динамику нефтегазового индекса РТС, то есть рост акций сопоставимых нефтегазовых компаний. С другой стороны, суд использовал при расчете гипотетических дивидендов ЮКОСа модель, по которой уровень дивидендов «значительно превышает» дивиденды, фактически выплаченные компаниями из индекса РТС. Как заявляет в ходатайстве Россия, «оба этих результата не могут быть одновременно правильными», то есть «Третейский суд, по сути, дважды посчитал причитающиеся дивиденды ЮКОСа, присудив их не только как дивиденды, но также как долю истцов в акционерной стоимости».

["Ъ", 09.02.2015, "Минфин надеется на неподсудность": Окружной суд Гааги рассматривает жалобы на решение Гаагского арбитража — это определено в соглашении о его создании, объясняет управляющий партнер адвокатского бюро "Плешаков, Ушкалов и партнеры" Владимир Плешаков. Отказаться Окружной суд Гааги может только по процессуальным основаниям — если, например, не приложены необходимые документы. Но господин Плешаков полагает, что рассмотрение ходатайств будет долгим: "Суд должен истребовать все материалы дела из арбитража, изучить их и потом перейти к непосредственному рассмотрению. Это займет не один месяц". [...]

Россия также обращает внимание на то, что позиция арбитража противоречит решению ЕСПЧ, который в сентябре 2011 года не нашел ни политической мотивации, ни нарушений в налоговых претензиях к ЮКОСу, признав факт уклонения от уплаты налогов. ЕСПЧ счел незаконным лишь удвоение штрафов и нашел, что взысканный с компании приставами исполнительский сбор в 7% чрезмерно высок. По мнению Владимира Плешакова, Окружной суд Гааги должен будет учесть позицию ЕСПЧ.

В Минфине не ответили на вопросы. Тим Осборн из GML заявил, что Москва, по его мнению, "просто отсрочивает неизбежное: ей придется выплатить штраф плюс проценты". "Обращение РФ в суд никак не отражается на нашем праве пытаться привести в исполнение решение суда, мы продолжаем предпринимать попытки в этом направлении",— добавил он. GML уже подала заявление о регистрации решения арбитража в США и намерена зарегистрировать его в странах Европы с целью заморозки активов, принадлежащих РФ. — Врезка К.ру]

"Роснефть" ни при чем

Защита России также упрекает суд в том, что в ряде ключевых утверждений вердикта он опирался на предположения, а не на доказанные факты. В частности, суд предположил, что государственная «Роснефть», подавая заявки на приобретение активов ЮКОСа на публичных торгах, «вполне возможно», действовала «по тайным указаниям Российского государства». В июльском решении суд отмечал, что важнейшим доводом в пользу этой гипотезы является заявление Владимира Путина на пресс-конференции 23 декабря 2004 года.

«Теперь что касается приобретения «Роснефтью» известного актива компании, я не помню точно, как она называется, — Байкальская инвестиционная компания? По сути, «Роснефть» — 100-процентная государственная компания — приобрела известный актив «Юганскнефтегаз». Речь идет об этом. На мой взгляд, все сделано абсолютно рыночными способами. [...] Сегодня государство, используя абсолютно легальные рыночные механизмы, обеспечивает свои интересы. Считаю это вполне нормальным», — сказал тогда Путин.

Защита России считает, что Гаагский суд истолковал заявление Путина неверно. Суд посчитал, что Путин, ссылаясь на «легальные рыночные механизмы», фактически признал, что покупка «Роснефтью» акций «Юганскнефтегаза» у победителя аукциона — неизвестной компании «Байкалфинансгруп» — была совершена в интересах государства.

Но в ходатайстве России утверждается, что Путин имел в виду не приобретение актива ЮКОСа «Роснефтью», а предшествовавшую этому продажу актива на публичных торгах. Президент таким образом пояснял, говорится в ходатайстве, что, продавая акции «Юганскнефтегаза» с публичных торгов, доступных для любых участников, с тем чтобы увеличить выручку казны, России?ская Федерация действовала в соответствии с «легальными рыночными механизмами».

Подозрительный помощник


Россия указывает на то, что арбитры Гаагского суда не выполнили свои полномочия лично. Из сведений, недавно предоставленных сторонам, выяснилось, что помощник Третейского суда Мартин Валасек, ранее представленный как лицо, ответственное исключительно за выполнение административной работы, в действительности посвятил значительно больше времени арбитражным разбирательствам, чем кто-либо из арбитров, говорится в ходатайстве.

Данные секретариата суда показывают, что Валасек выставил счет за 3006,2 часа работы. Причем 2625 часов из них он потратил в ходе слушания дела по существу. Это на 65% больше времени, которое потребовалось на этой стадии процесса председателю суда Фортье (1592 часа), подсчитали юристы РФ. Валасек выставил счет за свои услуги на 970 562,50 евро (его расходы составили 51 718,96 евро), следует из ходатайства России.

Сопоставляя обложки двух решений суда — промежуточного от ноября 2009 года и окончательного от июля 2014 года (на них приводится состав арбитража, предположительно в иерархическом порядке), защита России замечает, что статус Валасека в разбирательстве по ЮКОСу после 2009 года был повышен (имеется в виду, что его фамилия стала идти не шестым, а четвертым номером, сразу после перечисления трех арбитров). Россия подозревает, что Валасек сыграл значительную роль в анализе доказательств, обсуждениях суда и подготовке окончательного решения, что, по мнению РФ, является нарушением мандата. На запрос в выходные Валасек не ответил.

Тимофей Дзядко
Иван Ткачёв

 

Источник: РБК, 05.02.2015