Финансы
03.02.2014

"Мой банк" украден подчистую

"Мой банк" украден подчистую
  • Глеб Фетисов. Фото sob.ru
После Фетисова и Михалкова нечего спасать: "Случай удивительный, исчезло 90% активов"

«Санации не подлежит» - таков вердикт экспертов, ознакомившихся с ситуацией в лишенном лицензии «Моем банке». Денег нет, в показателях — многомиллиардная дыра, вместо активов — фиктивные бумаги... Напомним, до последнего времени несмотря на полнейший хаос внутри, этому финансовому учреждению удавалось оставаться на плаву благодаря лоббизму своих VIP-вкладчиков (среди которых называют президентскго советника Глазьева и кинорежиссера Никиту Михалкова) даже на фоне банкротства крупнейших банков. Сейчас поиск виновных усложняется также и тем, что банк перед крахом сменил собственников и исчезновение активов может быть связано как с новым, так и со старым его менеджментом. Тем более, что не исключена и такая ситуация, когда продавший банк Глеб Фетисов все равно продолжал руководить деятельностью «Моего банка» через доверенных управленцев. К тому же в деле с «Моим банком» всплыли и фамилии людей, причастных к громким банковским мошенничествам. Речь идет о литовском банке Snoras а также о российском «Конверсбанке»,к которым оказались причастны отец и сын Антоновы.

По данным «Ведомостей», объясняя причины отзыва лицензии, ЦБ указал, что «Мой банк» занимался рисковым кредитованием, причем выданные им ссуды не обслуживались, соответственно, дохода банку не приносили. «Моему банку» не хватало средств, чтобы расплачиваться с кредиторами, в том числе вкладчиками, а его собственники так и не смогли создать экономических условий для финансового оздоровления.

Смысл этих слов позже пояснил гендиректор Агентства по страхованию вкладов (АСВ) Юрий Исаев. «Мой банк», по его словам, нельзя было санировать, там ничего нет: «Случай удивительный, потому что исчезло 90% активов».

Всего на последнюю отчетную дату — 1 января — размер активов «Моего банка» составлял 20,5 млрд руб. А дыра в балансе «Моего банка» может превышать 10 млрд руб., ссылается зампред ЦБ Михаил Сухов на результаты оценки АСВ.

По словам Сухова, проблемы в банке появились еще до смены собственника, а две трети его активов составляют неработающие кредиты. «Надзорная работа по вопросам низкого качества активов и управления банком велась давно. Доказательства неисполнения требований кредиторов появились в Банке России в январе в силу того, что банк уклонялся от предоставления достоверной отчетности», — рассказал Сухов.

Банк еще при прежнем владельце Глебе Фетисове находился в печальном состоянии, рассказывал бывший сотрудник «Моего банка», участвовавший в его подготовке к продаже: новые акционеры знали, что покупают проблемный банк. В августе ЦБ по промежуточным результатам проверки потребовал от банка досоздать резервов на 4,5 млрд руб., после долгих переговоров снизил сумму до 2 млрд, а в конце концов требования регулятора были сокращены до 62 млн руб. — в том числе усилиями новых собственников, говорит знакомый одного из акционеров.

Ему также известно, что план санации был направлен в ЦБ еще в середине декабря и основания для отзыва лицензии были уже тогда. Однако в декабре банку оставили возможность работать с вкладчиками — ЦБ ограничил было ставки вкладов (до 8,5% годовых в рублях и до 2,5% в валюте), но затем ограничения снял, чтобы снизить риск их оттока. В конце 2012 г. банк привлек около 5 млрд руб. сезонных депозитов, срок которых истекал в ноябре — декабре 2013 г., и при действовавших ограничениях большинство из них вряд ли были бы продлены, объясняет источник.

Но банку это не помогло, продолжает знакомый одного из акционеров: свои средства потребовали вернуть сразу несколько крупных вкладчиков, это полностью парализовало работу банка, денег на столь значительные выплаты не было.

По словам Сухова, регулятор намерен оценить роль прежних и нынешних лиц, контролирующих деятельность банка, в произошедшем: «Временная администрация проведет работу по сбору и анализу имеющейся информации, для оценки которой мы рассчитываем на сотрудничество с правоохранительными органами».

До декабря 2013 г. банк через амстердамскую компанию FFF Finance контролировал бизнесмен Глеб Фетисов.

Его долю выкупили 11 человек. Среди них — совладелец группы компаний «Мегаполис девелопмент» Владимир Малин, бывший зампред ЦБ (в начале 1990-х гг.) Ринат Сетдиков, совладелец группы «Никохим» Михаил Баранов, управляющий директор Variety Capital Максим Голодницкий и проч. По словам одного из акционеров, по условиям сделки Фетисов забирал несколько активов, которые находились на балансе банка, в том числе небольшой пакет акций Altimo, Бутурлинский ликероводочный завод и др. На балансе банка, по его словам, до последнего находился пакет акций компании Spyker, который банк получил в ноябре.

["Ъ", 03.02.1023, "Мой банк" стал сам не свой": Отзыву лицензии и обнаружению дыры "Моего банка" предшествовала смена собственников. Сделка по продаже банка экс-сенатором Глебом Фетисовым была закрыта 21 ноября 2013 года. А 4 декабря "Мой банк" раскрыл сущфакт о новых владельцах. Ими стали десять физлиц разной степени известности на рынке с долями до 10%, то есть не подлежащими согласованию в ЦБ, что тоже типично для сделок на банковском рынке. Из заметных персон в числе совладельцев "Моего банка" оказались экс-глава РФФИ, совладелец группы компаний "Мегаполис Девелопмент" Владимир Малин, экс-зампред ЦБ Ринат Сетдиков, основатель и один из руководителей группы компаний "Никохим" Михаил Баранов. Еще ряд известных на рынке людей вошли в избранный после смены владельцев новый совет директоров банка. Кроме господ Малина и Сетдикова там оказался еще один бывший зампред Банка России Александр Хандруев. Возглавил совет Михаил Миримский, единственный не новый в нем, но тоже интересный человек. Миноритарным акционером банка он стал еще в 2011 году. В его послужном списке — руководящие должности в банках Владимира Антонова (Академхимбанке и СТБ). С господином Антоновым успел поработать и Александр Хандруев, ранее он входил в совет директоров Инвестбанка. В такой ситуации появление в банке акций Spyker, компании, связанной с покинувшим Россию господином Антоновым, возможно, не является чистой случайностью.

Не исключено, что этими бумагами как раз и маскировали отсутствующие активы. Впрочем, официально процедура санации не запускалась. Положенных в таком случае документов от ЦБ в АСВ не направлялось. По информации СМИ, этот вопрос рассматривался только на понятийном уровне — АСВ попросили провести оценку ситуации в банке. Результат, полученный только со второй попытки в январе (первый раз, еще в декабре, АСВ просто не пустили в банк, для этого пришлось менять его руководителя), был неутешительный. Ранее источники отмечали, что часть активов могла исчезнуть из банка как раз в период между первой и второй попыткой оценить ситуацию в нем. Именно в этот период активы из "Моего банка" могли выводиться на его дочерний "Мой банк. Ипотека", который 15 января был продан, указывали многочисленные источники. К ситуации могут быть причастны и новые, и старые собственники, следовало из вчерашних заявлений ЦБ.]

В декабре, после закрытия сделки, обнаружилось, что с кредитного портфеля на 4,5 млрд руб. решением одного из менеджеров были сняты залоги, утверждает один из акционеров: де-факто банк до последнего контролировал Фетисов через дружественный менеджмент.

Запрос в приемную Фетисова о том, было ли ему известно о признаках вывода активов из банка накануне его продажи и поступали ли к нему вопросы от регулятора, остался без ответа.

Исаев оценил страховые выплаты вкладчикам «Моего банка» в 6,5 млрд руб. Это менее 70% от средств физлиц в «Моем банке» (9,6 млрд руб. на начало января), значит, у банка было много крупных вкладчиков с суммами существенно большими, чем застрахованные 700 000 руб.

Неделю назад несколько человек, близких к ЦБ и «Моему банку», рассказывали, что отзыв лицензии у банка затягивают влиятельные вкладчики. Среди них собеседники газеты называли режиссера Никиту Михалкова, который напрямую и через подконтрольные структуры держал в банке около 300 млн руб., а также советника президента Сергея Глазьева. В пятницу после отзыва лицензии у «Моего банка» Глазьев заявил, что он не вкладчик банка.

Ограничен во всем


Работу с вкладчиками «Моему банку» ограничивали трижды. С августа в банке действовало ограничение на прием вкладов — их объем не должен был превышать значение на 20 августа. Позднее ЦБ ограничил банку еще и ставки по вкладам. С середины декабря банк ввел ограничения на выдачу наличных с текущих счетов и вкладов — 20 000 руб. в день на руки в порядке живой очереди.

В декабре средства населения сократились с 12 млрд до 9,6 млрд руб., следует из отчетности банка. С середины января ЦБ запретил банку прием вкладов населения, а с 24 января он прекратил выдавать клиентам наличность. Чтобы предотвратить вывод активов из «Моего банка», ЦБ разрешил ему проводить операции только через корсчета в Сбербанке, ВТБ и самом ЦБ.

2,2 млрд руб. составляла картотека из непроведенных платежей «Моего банка» к концу декабря. Возникла она 12 декабря

«Мой банк». Банковская группа


Совладельцы: по 9,95% долей в уставном капитале FFF Finance Group принадлежит Владимиру Малину, Ринату Сетдикову, Михаилу Баранову, Максиму Голодницкому, а также Игорю Антонову, Ларисе Васильевой, гражданину Эстонии Геннадию Бесчастнову, гражданам Латвии Алексейсу Бойко и Виктории Урбанович. Еще 7,5% в FFF Finance Group владеет Валерий Шуватов, 2,95% — Ливио Росси Джанни (подданный Великобритании).

Финансовые показатели (РСБУ, 31 декабря 2013 г.): активы — 20,5 млрд руб., капитал — 2,3 млрд руб., убыток — 436,5 млн руб.