Криминал
20.04.2018

Непотопляемые «питерские»: Трабер, Васильев, Петров, Скигин и другие

Непотопляемые «питерские»: Трабер, Васильев, Петров, Скигин и другие
  • Владимир Барсуков (Кумарин). Фото anninhthudo.vn
Международный розыск не мешает российскому бизнесу старых друзей президента
Вчера агентство «Руспрес»  рассказало о том, что к загадочному газовому посреднику начала 2000-х Eural Trans Gas имели отношение старые знакомые Владимира Путина Илья Трабер, Сергей Васильев и Дмитрий Скигин. По данным телеканала  «Дождь», другие люди из петербургского окружения президента также хорошо устроены в этой жизни — даже те, кого в Европе разыскивают правоохранительные органы.

  19 04 18 pootin tcar 02

 

Квартира на Таврической улице в Санкт-Петербурге когда-то принадлежала поэту Вячеславу Иванову. Блок впервые прочел там свою «Незнакомку», постоянными гостями были Гумилев и Брюсов. Теперь там прописаны петербургские авторитеты 90-х – Геннадий Петров и Владимир Барсуков-Кумарин.

— А Геннадий Васильич здесь живет?

— Да… Приходит, как захочет, он бывает здесь, но нам не докладывает… Изменился, конечно, с тех пор…

В Испании завершился самый громкий процесс по делу «русской мафии» за границей. Приговор стоит ждать летом, но даже сейчас понятно, что испанское правосудие не преуспело. Из 28 задержанных на скамью подсудимых попали только 18, остальные, включая всех главарей, скрылись в России, куда их отпустил сам испанский суд. Лидером группировки испанцы считают сбежавшего Геннадия Петрова.

 

[Геннадий Петров, 71 год. Родился в Ленинграде, состоял в «малышевской» бандитской группировке. В 90-х был арестован по подозрению в бандитизме, но в итоге оправдан.]

 

Хосе Гринда, прокурор Верховного суда Испании: Они чувствовали себя настолько безнаказанными. Члены мафии и их лидеры  действовали не только на территории Испании, но и разъезжали по всей Европе. Потом им захотелось политического влияния, прийти к власти в России и здесь, в Испании, обманным путем. Про таких у нас в Испании говорят — «волк в овечьей шкуре».

 

Хосе Гринда раскрыл схему по отмыванию денег в Испании. Он установил иерархию банды, вычислил сообщников, подсчитал количество отмытых денег. В Испании питерцы поселились вместе, буквально в соседних домах, поделили сферы влияния и «подчиненных».

Было достаточно много представителей прокуратуры России, которые были объектом расследования Испании, поскольку они вели двойную игру. С одной стороны, они были представителями российской прокуратуры, а с другой – друзьями г-на Петрова.

Хосе Гринда: Если я правильно помню Александра Бастрыкина, который сам по себе не был объектом расследования, мы видели, что господин Петров, скажем так, мог быть настолько близко с ним связан, что это нам казалось опасным.

Еще на родине, чем шире становилась сфера интересов героев бандитского Петербурга, тем активнее они искали себе лоббистов во власти.

Юрий Кравцов, экс-председатель Законодательного собрания Санкт-Петербурга: Это произошло в момент моего медицинского осмотра, врач сказал мне: «Вас там ждет человек, хочет с вами поговорить, вы не против?» Ну, я зашел, там сидит в кресле какой-то человек. Диалог:
— Кто вы?
— А вы меня не знаете?
— Нет, не знаю.
— Я вот, Яковлев Константин. Ну, могила меня еще зовут.
— И что вы хотите?
И он там начал мне говорить, что хочет помогать мне чем сможет, а таким образом установить, наверное, какие-то связи, я сказал, что мне это не нужно.


По версии следствия, бывший замдиректора Госнаркоконтроля Николай Аулов за время прослушки телефонов «русской мафии» говорил с Петровым почти 80 раз. В большинстве случаев именно Аулов звонил Петрову — за указаниями. Именно Аулов, говорится в материалах дела, оказывал поддержку бизнесу Петрова. Сейчас Аулов, соавтор «Бандитского Петербурга» и прообраз принципиального подполковника Никиты Никитыча, отставной генерала на пенсии.

 

[Евгений Вышенков, журналист. Бывший оперуполномоченный, бывший рэкетир, знакомый многих героев «Питерских».]

 

 Евгений Вышенков: Гена, что Гена? Ну, его увидишь, скажешь, там: такой высокий, высокий пенсионер, до сих пор ходит по набережной иногда в костюме «Адидас», в белом, дорогом.

Когда Испания объявила Петрова в розыск, Интерпол нашел его на Каменном острове в Петербурге. Имена его соседей по дому почти полностью совпадали  с составом знаменитого кооператива «Озеро». А строила дом Балтийская строительная компания, связанная с его сыном Антоном, который тоже в международном розыске.  

Партнерами Антона Петрова в компании был небезызвестный банк «Россия». С ним у «тамбовских» давние связи. Еще один общий бизнес с банком — охранное агентство. Накануне операции «Тройка Банк» вышел из бизнеса, а долю в нем получила мать петербургского авторитета Леонида Христофорова, подозреваемого в нескольких заказных убийствах.  

Евгений Вышенков: 91-й год. Государство одно прекратило свое существование. Второе — еще не начало. В этот момент, прежде всего, рождается кроме государства новая нация. Они говорят: «Не важно, кто мы, мы будем сейчас что-то делать». Да. Что делать — это уже вопрос десятый.

Сначала новый цвет нации обложил поборами советскую торговлю —торговцев и спекулянтов. Когда испанцы триумфально сообщат о задержании «тамбовских»,  над ними будут смеяться — тамошние силовики ничего не знали про разборку в Девяткино, когда появились два клана — «тамбовские» и «малышевские». Прежде и слов таких не было — просто братва, спортсмены. Повод у этого знаменитого побоища был ничтожный — куртка, украденная на рынке.

Евгений Вышенков: А там пришли, так сказать… тогда никто не говорил, что они «тамбовские». Федя, из-за которого это все произошло, он не пришел. И все говорят: «Как?». И Федя бежит, потому что Федя человек чести, он бежит и говорит: «Парни, это как бы из-за меня». Вот снега вот столько…  И когда Федя подбегает, Бройлер ножом его тут же кладет на землю. И в этот момент 30 человек и 30 человек понимают, что произошло, уже дело не в куртке, уже кровь течет. И все достают все, что есть в карманах: у кого ТТ, у кого нож, у кого наган. Все, советский спорт закончился.

Аркадий Крамарев, бывший начальник ГУВД Санкт-Петербурга: Была там разборка, мне она запомнилась тем, что там сразу же попытались все добиться с помощью милиции, потому что стучали друг на друга беспощадно. «Малышевцы» сообщали, кто там был с автоматом. Они сообщали, по телефону мне звонили, кто чего там делал,  кто-то намеревался кого-то застрелить, кто-то пытался нанять людей для того, чтобы убили кого-то.

Петров примкнул к бригаде Александра Малышева — Малыша. Тот, в отличие от Гены, принципиально не работал. На видео своего первого допроса он откровенно издевается над оперативниками

 

[Александр Малышев, 60 лет. Основатель «малышевской» бандитской группировки в Ленинграде. Дважды судим за убийство.]

 

Сфера бизнес-интересов Петрова и Малышева была самой разнообразной. В 2011 году неизвестный до этого фонд Федерация устроил в Москве грандиозное благотворительное шоу. То самое, на котором президент Владимир Путин пел классику американского блюза. Потом вспыхнул скандал — благотворительная составляющая концерта оказалась под сомнением, а организатор концерта, Владимир Киселев — связан с героями лихих 90-х.

 

[Владимир Киселев и его компаньон, генеральный директор фестиваля «Белые ночи» Сергей Драпкин, были задержаны 14 марта опергруппой 5 отряда управления по организованной преступности. Им инкриминируется то, что в июне 1992 года будучи руководителями фестиваля «Белые ночи» они приобрели у так называемой тамбовско-малышевской группировки для продажи различные товары на 4 млн рублей. Товары были добыты преступным путем.]

 

Вместе с Петровым Киселев в 90-е был соучредителем фестиваля «Белые ночи». Не то чтобы «малышевские» увлекались искусством. Как покажут материалы уголовного дела, компания была нужна для получения партии видеомагнитофонов  под видом спонсорской помощи фестивалю.

«Я приезжаю к этим людям. Стараюсь их переубедить, встать на путь исправления. Стараюсь, чтобы они отстали от этих людей, что это нехорошо, что это некрасиво. — Верят благодаря личному обаянию? — Видимо, так. — Не благодаря тому, что за вами стоят группировки? — Какие группировки?» — так Малышев объяснял на допросе, чем занимается. Его, Петрова и еще нескольких человек арестовали по подозрению в бандитизме. На суде ничего доказать не удалось. Петрова отпустили, Малышев получил незначительный срок за хранение оружия.

Петров, Малышев и их компаньоны переехали в Испанию еще в конце 90-х. Бандитская слава начала их тяготить. Александра Малышева и Геннадия Петрова больше не было, были Алехандро Лагнас-Гонсалес и Геннадиос Петров.

 

[Из Испании они контролировали деятельность возглавляемых ими преступных группировок в своей стране. Это были убийства, торговля оружием, вымогательство, мошенничество, подделка документов, торговля связями, взяточничество, незаконные сделки, контрабанда, наркотрафик…]

 

Хосе Гринда, прокурор Верховного суда Испании: Все имущество, которое г-н Петров нажил в Испании в результате отмывания денег, было нами изъято в пользу испанского государства. Со своей стороны он, видимо, решил: «Брошу все это». Что касается его жены Елены Петровой и его сына Антона Петрова, то они, как показало следствие, были не более чем инструментами в его деятельности.

 

Гринду обвинили в педофилии как раз накануне начала судебного разбирательства. Он говорит, что заказные обвинения спровоцировал бывший министр связи Леонид Рейман, тоже выходец из Петербурга 90-х.

Хосе Гринда: 18 мая 2017 года испанский адвокат Игнасио Пелаэс, который часто выступал по телевидению в Испании, сказал, что я педофил. По этому поводу могу сказать лишь одно: первое — подано заявление в испанский суд о защите чести и достоинства с возмещением ущерба в размере одного миллиона 200 тысяч евро; второе – испанская прокуратура, главное управление и мой начальник меня поддерживают. А господин Пелаэс рассчитывал получить деньги в случае подтверждения обвинения.

В Испании Петров вел роскошную жизнь — десятки миллионов евро на счетах, роскошный дом, покупал бриллианты, ездил на Alfa Romeo и летал на частном самолете. Но источником благосостояния для него и его соратников всегда была Россия.

Евгений Вышенков: Здесь все по-честному, Гена сам выстраивал эту историю. Потом, ему-то 70, 70. Мне-то помирать уже скоро, а ему… У него у сына, я не буду говорить, что у него, там, с сыновьями не все хорошо было в жизни, ну, такие истории, в тот мир ушли... Называется, он заплатил за свою жизнь жизнями детей. Ну вот, но есть Антон. Какой бы он не был, там рестораны работают, 585 работает. Антон удерживает это на плаву минимум, а это очень много.

— Ну, это все-таки Геннадия?

Евгений Вышенков:  Ну, Гены, конечно. Зачем вы задаете очевидный вопрос?

Те же самые люди, что входили в предполагаемую группировку Петрова, и которых так и не удалось осудить ни в России 90-х, ни сейчас в Испании, теперь строят бизнес-империю вместе с сыном Геннадия Петрова — Антоном.

 

[Испанцы считают, Геннадий Петров стоит за бизнесом своего сына. Страница 150 - адвокат Петрова переводит 5 млн долларов компании его сына на строительство жилого комплекса.  Страница 154 - Петров переводит 300 тысяч долларов компании «Дом на Казанской»,  ей владели Антон Петров и «корпорация С» нынешнего министра транспорта Максима Соколова.]

 

Основной партнер Антона Петрова по бизнесу — Аркадий Буравой. Также, как и Геннадий Петров, в прошлом был связан с банком «Россия». Буравой в документах испанской прокуратуры назван «правой рукой» Геннадия Петрова. Империя Антона Петрова состоит множества бизнесов. Правда, не все проекты успешны. Многие были либо обанкрочены, либо несут убытки. Другой сын Геннадия Петрова — Алексей — управляет компанией, обслуживающей Управделами президента. Компания с таким же названием упоминалась в испанском уголовном деле.

Телефонный разговор между членом группировки Виктором Гавриленковым и его женой Жанной
— Что он теперь, Геннадий, где он сейчас?
— В Москве и Санкт-Петербурге, не живет долго в одном месте. Он не дружит с Малышевым.
— Где Елена с ребенком?
— В Санкт-Петербурге.
— Где Антон?
— В Москве, делает что-то.

— Подожди минутку, Джек хочет войти… Расскажи мне больше, как внуки?
Вызов прерван.


В новых реалиях, когда деньги зарабатываются не силовыми методами, Петров оказался гораздо успешнее прежнего лидера группировки Малышева, потомка псковских рабочих. Но тот тоже не бедствует, получил долю в компании Антона Петрова — она управляет бизнес-центром, у него несколько парковок, автомастерская, кафе на окраине Петербурга.

Хосе Гринда, прокурор Верховного суда Испании: Если  я был бы русским и приехал в Испанию, то мне хотелось бы, чтобы Испания боролась с русской мафией. Правда? Потому что преступные организации причиняют вред почти всегда только соотечественникам.

 

  19 04 18 pootin tcar 03

 

[Максим Фрейдзон, экс-бизнесмен. Судился с «Газпромом» и «Лукойлом» за $543 млн.]

 

Максим Фрейдзон: Роль Владимира Владимировича здесь была достаточно понятная, будучи заместителем Собчака, он передавал в аренду, последовательно нефтеналивные мощности, скажем, топливозаправочные комплексы. Все эти движения были, естественно, оплачены долей процентов.

В 1996 году Путин, работая первым замом мэра Анатолия Собчака, отдал единственный топливозаправочный комплекс Пулково в аренду компании «Совэкс». Максим Фрейдзон утверждает, что за выгодное постановление вице-мэр попросил 15% компании, сторговались на 4%. Через год прибыль «Совэкса» достигла 600 млн долларов в год — и Фрейдзон принудительно был лишен своей доли, утверждает он.

Фрейдзон рассказывает, что вместе со Скигиным в 90-е создавал компанию «Сигма», которая затем и учредила компанию «Совэкс». Теперь он требует от нынешних владельцев заправщика около $500 млн за проданную им без его участия долю в «Совэксе». Там утверждают, что Фрейдзон не принимал никакого участия в деятельности «Совэкса», а акционером «Сигмы» стал только в 2000-х, когда у той уже не было активов.

В 80-е Фрейдзон был активистом еврейской общины и единственным специалистом по обрезанию в СССР, а в 90-е занялся бизнесом. Его партнером по «Совэксу» стал инструктор по альпинизму Дмитрий Скигин. Вскоре Скигин станет не только знакомым Путина, но и ключевой фигурой в финансовых операциях «питерских». Он также как и Петров уедет жить в Европу, столкнется с тамошним правосудием, но и ему это ничуть не помешает — Скигин и его наследники выстроят бизнес, который прибыльно работает до сих пор.

Максим Фрейдзон: Момент пересечения границ вашим товаром это не поезд, который проверяет пограничники, а вот вы вставили кран в бак, потекло, как только оно пересекло границу борта, оно уже находится на западе. В той ситуации, это был прекрасный способ — деньги, которые были получены тем или иным нелегальным путем, абсолютно спокойно отправлять через бак самолета в тот же Лихтенштейн.

В 90-е заправка самолетов в Пулково шла по гениальной схеме — все расчеты велись напрямую с компанией из Лихтенштейна — удобной офшорной зоны.  

Максим Фрейдзон: Проект двигался без бандитов до того момента, как в 1996 Дима окончательно уже окунулся.

— А почему? Что такого в 1996 произошло? 

Максим Фрейдзон: Не поручусь, не знаю, что у него конкретно произошло, но весна 95, Димины проблемы с лесом, обращение к Илье и Васильеву с просьбой замять вопрос с банком…

Упомянутые «Илья» и «Васильев» — знаменитые питерские авторитеты Илья Трабер и Сергей Васильев. Слова Фрейдзона подтверждают документы: после смены акционеров владельцами «Совэкса» стали в том числе компании, связанные с Трабером, и несколько офшоров.

 

Теперь петербургским авторитетам подчинялся весь топливно-заправочный комплекс Петербурга — «Совэкс» заправлял самолеты в Пулково, Балтийская бункерная компания Трабера и Петрова занималась бункеровкой судов в порту, Петербургский нефтяной терминал — перевалкой, контролируемая тамбовцами ПТК снабжала топливом весь городской транспорт. Большую поддержку в их бизнесе оказывала мэрия Санкт-Петербурга.

Когда Путин отправился на работу в Москву, управлять терминалом был поставлен Александр Дюков — нынешний глава «Газпром нефти», а тогда простой инженер в «Совэксе», начинавший в том самом офисе на Каменноостровском. А за морским портом после переезда Путина смотрел Алексей Миллер, подчиненный Ильи Трабера. Фрейдзон утверждает, что Миллер трудился и в нефтяном терминале. Сейчас Фрейдзон преследует Миллера и Дюкова в британских и американских судах.

Михаил Фрейдзон: Я думаю, что здесь большую роль сыграла его собственная история, личная история. Он иммигрировал в Германию с женой. В общем оказался не приспособленным к зарабатыванию денежных знаков. И закончилось тем, что ему просто выставили чемоданы на лестницу, ему пришлось вернуться. Это, наверно, очень сильно повлияло на его отношение к, ну понимаете..

В 2003 Скигин умер в Ницце, оставив внушительное наследство, которое оценивалось в 600 млн долл. Его жена предъявила претензии на него, но получила отказ. Старший сын — Михаил Скигин — получил в управление бизнесы отца в обмен на вознаграждение от реальных владельцев, говорит Фрейдзон.

Михаил Фрейдзон: Я не думаю, что там были целиком именно деньги, там был такой общий фонд. Из него Миша получает какие-то свои 5 миллионов в год.

Вдове досталась квартира в Ницце, а вот бизнес-активы защищены номиналами так, что реальные владельцы могут не волноваться. Официальный владелец компании «Совэкс» — Horizon International Trading из Лихтенштейна. Управляют ей местные юристы — Грэм Смит и Маркус Хаслер.

 

[Грэм Смит, номинальный управляющий множества компаний, связанных с питерскими. Изгнан из Британии за махинации, живет в Лихтенштейне.]

 

Управление офшорами происходит из унылого бизнес-центра в промзоне на окраине Руггеле.

В 2008 году панамская компания Saturn Shipping заказала три нефтеналивных танкера заводу «Красное Сормово». Спустя год первый танкер спустили на воду. Михаил ― старший сын Дмитрия Скигина ― сменил отца в бизнесе.

Максим Фрейдзон: С Мишей мы переписывались в 2012 году, всё-таки хотелось как-то прикоснуться к собственности, но Миша, соответственно, ответил: «Нет, нет, нет и еще раз нет». Компания «Горизонт» по-прежнему занимается нефтетрейдингом, с Мишей у них вот новая компания «Велаленд», велосипеды, плюс вот эти платные дороги. 

Скигину-младшему пришлось оставить учебу в Университете международных отношений в Швейцарии и взять на себя управление активами отца. По наследству ему перешли Смит и Хаслер. Главный актив Михаила Скигина ― нефтяной терминал в Петербурге ― по-прежнему сохранил связь с Horizon International Trading.

Интересы сыновей Скигина, Михаила и Евгения, и того же Трабера распространяются и на порт в Поронайске, а порт в Усть-Луге контролирует компания, управляют которой все те же Смит и Хаслер. Михаила Скигина интересует и сфера строительства. Также у него остались высокопоставленные партнеры в княжестве Монако, например, Серж Телль. Так же зовут нынешнего премьер-министра Монако.

Михаил Скигин вообще мало похож на того, кто мог бы сотрудничать с авторитетами: вегетарианец, продюсирует кино и торгует модными велосипедами. Он заверил Дождь, что у него на руках есть документы прокуратуры Монако, которые подтверждают непричастность его семьи к «криминальной деятельности компании Horizon, а Фрейдзона назвал жадным до денег человеком.

Максим Фрейдзон: Мишины инвестиции связаны с тем, что он использует тот самый фонд, который, собственно говоря, тщательно хранится Смитом. С точки зрения коллектива, он как был, так и остался. И комфорт того же Петрова и всех остальных в России просто связан с тем, что люди хорошо друг друга знают. И еще раз подчеркну, что они осознают себя бандой. 

Брат Дмитрия Владимир Скигин в девяностых был совладельцем легендарных казино «Вулкан». Потом казино попали под запрет, однако до сих пор в интернете действует множество сайтов под брендом «Вулкан».

Сейчас оператор лицензии «Вулкана удачи» скрывается за номинальной компанией, в свое время предположительно связанной со Скигиным. Товарным знаком владеет некая компания с Маршалловых островов. Однако в материалах всемирной организации интеллектуальной собственности сказано, что эта компания и холдинг Ritzio, где одним из учредителей был Скигин, контролируются одним и тем же лицом.

Есть у Владимира Скигина и партнер ― Павел Кудряшов. Это выглядит как насмешка истории, потому что Кудряшов ― не кто иной, как Паша Кудряш, в свое время остановивший кровавую разборку в Девяткине. «Спас всех Паша Кудряшов, мастер спорта по дзюдо со стороны Малышева. Он человек, наверное, самый добрый. Он понимает, что сейчас произойдет, а сейчас произойдет бойня. Он как бы встает посреди них и говорит: „Одумайтесь, что вы делаете?“. Причем он как пастор: „Одумайтесь, что вы делаете вообще-то. Посмотрите, человек умирает, вы тут, понимаешь, устроили“. Как бы сбивает эту ситуацию», ― рассказывает Евгений Вышенков.

 

  19 04 18 pootin tcar 04

 

Летом 2007 года князь Монако Альбер II по приглашению российского президента приехал в Туву. Принц рыбачил, Путин фотографировался топлесс. Это было начало крепкой и, как утверждают некоторые, не бескорыстной дружбы. За следующие несколько лет принц Альбер посетит Россию как минимум еще 40 раз.

 

[Роберт Эринджер, в начале 2000-х работал на секретную службу принца Альбера, бывший осведомитель ФБР и журналист-расследователь.]

 

Роберт Эринджер: «Этот вопрос возник в том контексте, что Альбер хотел посетить Северный полюс. Российская сторона согласилась ему помочь.

И предполагалось, что по завершении поездки Путин примет Альбера на семейном ужине в Кремле. Во время него Путин выразил желание подарить Альберу новехонькую дачу в Монако. Альбер сказал, что в Монако негде построить дачу, и Путин предложил: „Может, построим ее где-то в другом месте?“.

Альбер подумал и ответил, что можно ее построить на частной ферме Рок-Ажель во французских Альпах, это французская территория близ Монако. Вот как была построена эта дача, с нуля, причем российскими рабочими. Отправили целую команду русских в Рок-Ажель, чтобы построить дачу с нуля.

Но Альбер тогда не понимал, что, будучи членом МОК, он таким образом принимает взятку, потому, что Путин хотел, чтобы олимпийские игры состоялись в Сочи. У него нет таких советников, которые сказали бы ему: „Это неуместно. Принимая такой подарок от Путина, ты как член МОК нарушаешь моральный кодекс. Ты фактически берешь взятку“. И что происходит потом? Он голосует за Сочи, что вызывает некоторые подозрения».

Отец Альбера был серьезно болен, и, прежде чем унаследовать трон, принц решил провести небольшое расследование, а именно понять, кто такие те многочисленные русские, что потянулись тогда в Монако. Ведь княжество гарантировало низкие налоги и банковскую тайну. Эринджер показался ему идеальным вариантом, чтобы разобраться с этим.

Роберт Эринджер, бывший советник по разведке князя Монако: Я получил список от полиции Монако, потому как Альбер сказал, что она со мной должна сотрудничать в моих расследованиях. В списке ― 62 русских жителя Монако. Все мне казались совершенно почтенными.

Одним из почтенных жителей к тому времени стал Дмитрий Скигин ― перебрался поближе к финансовому центру питерских авторитетов. В Монако была зарегистрирована компания Sotrama, дочерняя компания Horizon International Trading, созданная, по словам Эринджера, чтобы отмывать деньги. Эринджер нанял агента ― женщину.

Из архивов Роберта Эринджера, бывшего сотрудника разведслужбы Монако: «MARTHA сообщила, что Sotrama задекларировала незначительный оборот в 100 000 евро в месяц. Но на самом деле эта компания отмывала „миллионы и миллионы“ евро в месяц для своей материнской компании Horizon Oil Terminal в Санкт-Петербурге.

MARTHA была на вечеринке в Кап-Ферра, где исполнительный директор Sotrama предложил тост в честь президента России, сказав: „Без Путина ничто из этого не было бы возможно“».

«Мы полагаем, исходя из информации от наших источников, что ближайшее окружение Путина в Петербурге дало ему, Путину, 4% доли в Sotrama. Он требовал долю у Скигина, и Васильев сделал так, чтобы Путин точно получил эти 4%», ― утверждает Эринджер.

Откуда же взялся этот человек, который, как говорят, отдает Скигину приказы о доле в бизнесе и общается с российским руководством?

Сергей Васильев жил в деревянном доме в Вырице. Здесь ходил в школу ― писали, что это единственное его образование. В Вырице бы и не узнали, насколько влиятелен стал их земляк, если бы не экстравагантный образ жизни, который ведет Васильев.

Дворец на берегу реки Оредеж Васильев отстроил в начале 2000-х, сделал себе копию Екатерининского дворца в Пушкине, похвастал интерьерами в журнале Salon. Коридор ― картинная галерея, стены кабинета обиты шелком. Иконостас и барельеф с изображением семьи Николая II. Тренировочный зал с мраморными колоннами, материал для которых выбирал лично Васильев.

«Улица, по которой числится дворец, называется Рабочая. Васильев мне лет 15 назад позвонил по телефону. Он сказал: „Андрей, мне не нравится название Рабочей улицы, ты как историк, может быть, знаешь, как она до революции называлась? Я бы хотел ее переименовать во что-нибудь такое пафосное“.

Я ему говорю: „Да вот, знаете, Рабочая улица до революции называлась Беленькая“. Он так обрадовался, говорит: „В честь белогвардейцев каких-нибудь?“. ― „Да нет, в честь купца третьей гильдии Мордухая Фарбородовича Беленького. Это была такая фамилия“. Тут он как-то поморщился, и разговор ушел как раз в другое русло», ― вспоминает художник Андрей Барановский.

Братья Васильевы, Сергей, Александр и Борис, были боксерами. Вырицу вообще называют столицей бокса. Бизнес начинали с крышевания наперсточников на Невском. «Это был первый кулак на Невском. Он опасный был, он был волевой, он был человек, который как бы для того, чтобы создать ситуацию, пойдет искусственно на конфликт, показав, что он победил», ― говорит Евгений Вышенков.

 

На Васильева было совершено покушение: обстрелян его роллс-ройс, охранник Васильева погиб, сам бизнесмен был тяжело ранен. По словам источника Дождя, одним из тех, кто навещал Васильева в больнице после покушения, был Владимир Путин, работавший тогда в мэрии. Другой собеседник со ссылкой на приближенных к Васильеву передал, что, действительно, Путин интересовался судьбой владельца терминала.

Андрей Барановский, художник: Когда он появляется в магазине или футбольном поле, никто не знает, что он там будет. Это его личное желание прогуляться, кому-то сказать «привет». В этом его ностальгия по тем временам, когда он был более свободным человеком и не был связан дворцом и этим вертолетом, который его туда привозит из Петербурга.

Васильев сам ходит в поселковые магазины, а магазин с вывеской «Хороший магазин» ― его любимый. «Раз в неделю приезжает», ― рассказывает продавщица. ― «И на вертолете прилетает. У него все что хочешь. У него автомобилей целый парк».

Напротив магазина церковь, где Васильев в юности работал истопником. «Он помогал еще до моего прихода. Оплатил кровлю медную, а это, в общем-то, недешевая вещь», ― говорит батюшка. Андрей Барановский, в свою очередь, рассказывает: «Я слышал такую легенду, что у него есть план этот дворец завещать Московской патриархии в плане представительства. Васильев, в общем, воцерковленный человек, меценат Вырицы, он не вывез все вот эти деньги за границу, чтобы отстроить что-то там».

И Фрейдзон, и Эринджер называют Васильева, на семью которого в России официально почти ничего не оформлено, главным бенефициаром бизнеса питерских в Европе. Он единственный из них, кто не находится в международном розыске, и, по словам Эринджера, регулярно въезжает в Монако через Италию.

Роберт Эринджер, бывший советник по разведке князя Монако: Я знаю, что он приезжал через Италию, потому что не хотел столкнуться с французской пограничной службой. Есть площадка для вертолетов в Монако, где французской пограничной службы нет. Так что если летишь из Италии в Монако на вертолете, ты можешь их избегать. Он так и поступает по своим причинам.

― Что вы знаете про текущие действия Sotrama?

Роберт Эринджер: Я только знаю, что компанию переименовали. И переименовали ее из-за всей той известности, которую я им создал после Монако.

Компания Sotrama сейчас переименована в CINPIT, но и теперь в реестре Монако указана как штаб-квартира для Horizon International Trading. Михаил Скигин отрицает их связь.

«На самом деле, люди в ближнем окружении Путина управляли этой компанией», ― утверждает Эринджер. ― «Сергей Васильев играл в этом главную роль, и я считаю его настоящим владельцем Sotrama. Он точно тот, кто принимает все важные решения».

В 2004 году глава фонда Hermitage Capital Уильям Браудер обратил внимание на компанию Eural TransGas. Трейдер закупал газ в Туркмении и отправлял на Украину по трубам «Газпрома». Браудер логично предположил, что «Eural TransGas», по сути, не играет никакой роли. Hermitage оценил упущенную выгоду государственного монополиста в два миллиарда долларов в год. Больше всего экспертов смущала непрозрачная структура владения фирмой. Как выяснил Дождь, в этой непрозрачной схеме тоже есть житель Вырицы, которого друзья по 90-м называют просто Серегой.

Учреждена ETG была в 2002 году тремя гражданами Румынии и одним израильтянином. Потом владельцами 70% акций ETG стали некие гражданки Кипра через компании Dema Trustees и Dema Nominees. Hermitage Capital не смог установить реальных бенефициаров и понять, с какой целью «Газпром» участвует в этой схеме. Спустя несколько лет владельцем ETG себя назовет Дмитрий Фирташ. Но оказалось, что эти же две компании владеют долей в Петербургском нефтяном терминале, владельцем которого называли Васильева. Компаниями управляют «питерские акционеры», говорят собеседники Дождя.

И сейчас у компаний, связанных с петербургским нефтяным терминалом, есть активы на Украине. Они владеют долей в компании, которая занимается там добычей газа.

Роберт Эринджер: «Когда Димитриос Скигин умер, жена Скигина сразу думала, что компания теперь ее. Но потом тогдашний генеральный директор Sotrama, Мишель Текиа, и, может, тоже Васильев сказали: „Нет. Вам кажется, что эта компания принадлежит Вашему мужу, но на самом деле она принадлежит нам“. „Плохие парни“, близкие к Путину, внедрились в Монако в большом количестве, и это создало много проблем. Теперь Альбер очень беспокоится об этом».

 

****
 

Владимир Путин оказался среди фигурантов испанского процесса по Тамбовской ОПГ


В Мадриде завершился процесс по делу об отмывании денег российскими гражданами, связанными с тамбовско-малышевской группировкой. Для депутата Госдумы Владислава Резника прокуроры запросили пять лет тюрьмы и  30 млн евро штрафа за отмывание более 7 млн евро. По данным следствия, он тесно сотрудничал с лидерами ОПГ — Ильей Трабером и Геннадием Петровым (оба скрываются от испанского правосудия в Санкт-Петербурге). Российская прокуратура в начале заинтересовалась «тамбовскими», а потом сделала все возможное, чтобы помешать процессу. Между тем, в ходе слушаний были представлены прослушки телефонных переговоров Петрова, из которых выяснилось, что проблемы «тамбовских» помогали решать не только чиновники и силовики, но и лично Владимир Путин. The Insider предлагает завершающий репортаж из зала суда.


«Трабер главнее Путина, ведь Путин на него работал»


К концу судебного процесса терпение председательствующей судьи Анхелес де Борейро потихоньку иссякает. Все чаще по отношению к адвокатам звучит фраза “вопрос снимается”. Вопросы, впрочем, очень однообразные: адвокаты выясняют у свидетелей обвинения — экспертов гражданской гвардии и таможенной полиции, — что им известно о свежих оправдательных документах, поступивших из прокуратуры России и ФСБ? (Разумеется, испанским правоохранителям, занимающимся борьбой с отмыванием денег на Майорке и в других местах Испании, эти документы не только не известны, но и совершенно безразличны).

Главные фигуранты дела — Петров и Трабер — на суд не явились, причем Трабер объяснил это болезнью и попытался вместо себя прислать адвоката (но испанские процессуальные нормы такого не позволяют). В итоге интересы обоих представляли адвокаты, формально выступающие от лица их подельников. Так, адвокат юрлица Inversiones Gudimar, через которое, как предполагает следствие, отмывались деньги Петрова, Роберто Масорриага не скрывал своей близости к Илье Траберу. По его словам, с Трабером они познакомились на Майорке, когда “честному импрессарио” не понравился шум экскаватора напротив его шале и он искал юриста с целью привлечь к ответственности своих обидчиков. Масорриага пытался приобщить к делу некое “оправдательное” досье на несколько десятков страниц из Генпрокуратуры России (он показал его корреспонденту The Insider издалека, но предоставить отказался), однако суд не стал приобщать его к делу.

На голубом глазу адвокаты заявляли, что Тамбовская ОПГ, известная в России еще с конца 80-х годов, в целом — выдумка испанских, финских, французских и других спецслужб (отчеты всех этих спецслужб рассматривались на суде), которые не способны предъявить “ни одного конкретного факта существования ОПГ”,  и что Петров и Трабер - честные предприниматели. Надеясь, что его слова занесут в протокол суда, Масорриага вопрошал офицера гражданской гвардии: "Известно ли вам о том, что французские спецслужбы, причисляющие Илью Трабера к Тамбовской ОПГ, уже осуждены за клевету в отношении Трабера?” На вопрос корреспондента The Insider в перерыве судебного заседания, когда и какие именно французские спецслужбы были осуждены за клевету в отношении Трабера, Масорриага ответить затруднился. Вместо этого он пояснил корреспонденту The Insider: “Трабер — крупный бизнесмен. У него очень плохой характер. Сейчас он очень зол, поскольку из-за того, что прокурор Гринда объявил его в розыск, ему пришлось уехать из Швейцарии, продать дом. Вы представляете, какой это ущерб?”.

 

42012018magomedov91
Илья Трабер


На вопрос, правда ли Трабер посещает дни рождения Владимира Путина (о чем  The Insider сообщал ранее со ссылкой на двух свидетелей праздника), юрист заявил The Insider: “Илья Трабер главнее Путина, поскольку, насколько я знаю, в 90-е Путин на него работал, когда он был в мэрии Петербурга”. По мнению Масорриаги, Трабер невиновен ни в чем, даже во вменяемом ему незаконном приобретении греческого паспорта. Греческий паспорт, оказывается, понадобился Траберу, потому что “это единственная страна, которая признает двойное гражданство с Россией” (что, кстати, тоже не соответствует действительности). На уточняющий вопрос, правда ли, что Трабер угрожал прокурору Хосе Гринде (о чем было заявлено в начале процесса), Роберто Масорриага заявил: “Трабер говорил мне, что считает его педофилом и дебилом, и, конечно, у него очень скверный характер, но угрожать — я хотел бы увидеть доказательства”.

На угрозы жаловался не только прокурор. Когда корреспондент The Insider попыталась уточнить у эксперта — свидетеля обвинения — ее фамилию, та заявила, что категорически против любого упоминания в российской прессе, так как уже получила  угрозы со стороны одного из обвиняемых. “Фамилии я вам не назову. Прокурор ездит с охраной, а я нет. Ну разумеется, это не Резник — он человек воспитанный. Но здесь есть опасные люди”.

Угрозы со стороны Трабера, судя по всему, создали проблемы для других фигурантов дела, в том числе для депутата Госдумы от «Единой России» Владислава Резника, надеющегося на оправдательный приговор. В заключительном слове адвокат парламентария подчеркнул, что “Резник не говорил, что он дружит с Трабером”. Вот только Резник говорил не только, что дружит с Трабером, но и что созванивается с ним во время процесса, о чем The Insider ранее писал и что вошло в протоколы судебного заседания.


Тамбовские и спецслужбы


Далее выступает офицер испанской полиции, изучавший группировку в 2006 году. Он поясняет общий контекст: в 80-е годы в СССР существовали группы, занимавшиеся контрабандой, в 90-е они перешли к рэкету и заказным убийствам. Затем их имидж поменялся — они стали бизнесменами. Звучит фамилия Валерия Ледовских. Ледовских по кличке Бабуин, начинавший как боксер, был сооснователем тамбовской ОПГ вместе с легендарным Владимиром Кумариным (оба уроженцы Тамбова), а ныне является  гендиректором компании «Газпромнефть – Региональные продажи». В 90-е Ледовских был арестован за вымогательство, но вскоре потерпевший забыл, что кто-то у него что-то вымогал.

 

42012018magomedov92


“Группировки тесно сотрудничали с КГБ (ФСБ) — например, при экспорте металлов”, — говорит эксперт испанской полиции. -Вначале они двинулись в страны Балтии, Германию, затем Испанию”. Также он напоминает о показаниях Михаила Монастырского (экс-депутата и члена «тамбовских») 2007 года, который заявил офицерам Гражданской гвардии Испании, что Тамбовская ОПГ была создана спецслужбами. Проживая в Испании в Эстепоне, Монастырский сам явился к испанским правоохранителям, заявив, что опасается за свою жизнь. Михаила Монастырского после дачи показаний вскоре сбил цементовоз во Франции. Вот выдержка из его показаний:

«Полицейский спрашивает Михаила, в самом ли деле существует данная группировка, даже если Михаил и отрицает свою принадлежность к этой структуре. Михаил говорит, что вопрос сложный, говорит, что эта организация была создана искусственным путем, создана спецслужбам Санкт-Петербурга

ДОСЛОВНАЯ ТРАНСКРИПЦИЯ (продолжение беседы с этого места)
Михаил Монастырский (М): КУМАРИН, а также трое других ключевых фигур, с 86 года является информатором КГБ, а потом и ФСБ .
П1. И кто эти трое? Организаторы? Основатели?
М. Вася БРЯНСКИЙ, Валерий ЛЕДОВСКИХ, который сейчас находится в ранге подполковника и полагаю, работает на ГРУ.
П1. А кто еще? Ты сказал, что их трое.
М. Вася БРЯНСКИЙ – это ликвидатор, как они его называют.
П1. Убийца.
М. У него есть команда убийц. Все остальные – преступники.
П1. Вы упомянули троих человек. Брянский, Ледовских... кто третий?
М. Также его сосед из Марбельи, Миша ГЛУЩЕНКО «Хохол», у него не было прямого контакта
с разведкой.
П1. Но он тот же статус имеет, что и другие, это начальник?
М. Да, они на одном уровне, но у других есть связи с разведкой, а это простой преступник. У него была своя бригада, своя команда, также был Шевченко, его убили на Кипре. Он познакомился с людьми и «Тамбовской» в 96 году, когда получил статус депутата во фракции ЛДПР, еще был такой Юрий ШУТОВ, помощник мэра Анатолия Собчака. Шевченко и Глущенко заплатили Жириновскому 300 000, чтобы тот продвинул их в депутаты. Я тогда с ними (из «Тамбовской») и познакомился, в Москве, на одном заседании. Он с 88 года не жил в Санкт-Петербурге, он жил в Германии, а затем в Швейцарии, у него там был бизнес, и еще в Москве жил».


«Номер первый» — Владимир Путин


На процессе выясняется, что обвиняемый испанский юрист Хуан Унтория, которого следствие считает правой рукой Геннадия Петрова, сообщил на следствии: “Петров был другом Реймана, Резника и Путина”. На суде юрист версию поменял и сказал, что ничего не знает о Реймане и Путине. И все же фамилия российского президента снова всплыла на этом процессе, но уже в контексте другого сюжета — получения Тамбовской ОПГ контроля над немецкими верфями.

14 марта обвинение представляет доказательства отмывания денег человеком Петрова — Наилем Малютиным — в Германии. Об этом деле The Insider подробно писал в материале «Говорили, что действуют в интересах Медведева». Как мафия отмывала деньги на немецких верфях. Напомним, при покупке немецких верфей планировалось, что верфи в Висмаре и Варнемюнде (Германия), а также Николаеве (Украина) создадут совместное предприятие с Выборгским судостроительным заводом, который контролировали люди Ильи Трабера и Сергей Колесников, а также лихтенштейнский офшор Lirus Management AG (бенефициаром которого, как утверждает Колесников, был лично Владимир Путин). На суде выяснились новые детали этого громкого дела.

Эксперты Гражданской гвардии продемонстрировали презентацию, где описывается, как “Финансовая лизинговая компания” (филиал российской государственной Объединенной авиастроительной корпорации — ОАК) приобрела немецкие верфи Wadan Yards, получила займы как немецких, так и российских банков и вывела их в дочернее предприятие в Люксембург, обанкротив в итоге сами верфи. Часть похищенных денег пошла на покупку виллы Малютиным на Майорке. На прослушках разговоров дидера Тамбовской ОПГ Геннадия Петрова, частично представленных в суде в Мадриде, частично описанных представителем Гражданской гвардии, Петров обсуждает покупку этих верфей (через номинального владельца Андрея Бурлакова) с Наилем Малютиным. Из разговора следует, что сделка пробивалась в Кремле через Сергея Колесникова, предпринимателя, входившего в ближайший круг Путина и соседа Петрова по элитному дому на Каменном острове. (Именно Колесников финансировал строительство «дворца Путина» на мысе Идокопас, причем формально управляющим компании-собственника дворца был юрист Геннадия Петрова). Между делом они обсуждают, что Колесников общался с «Верхним», помогая Петрову пролоббировать некоего человека.

После покупки верфей Петров и Малютин радуются, что акции пошли вверх, Петров уверен что это произошло потому, что “всем понятно, кто этим занимается”.

11 июля 2007 года Наиль Малютин интересуется у Геннадия Петрова, организуют ли они прием президента ОАК Алексея Федорова в конце августа на яхте Резника на Майорке, или нужно искать другое место.  Участвовавшего в операции по покупке верфей экс-министра энергетики Игоря Юсуфова Петров и Малютин называют “электриком”.

Согласно презентации, которую продемонстрировало следствие на суде, 11 мая 2008 года Бурлаков, Малютин и Петров лично встретились для обсуждения покупки верфей. 25 мая 2008 года Петров и Малютин обсудили по телефону, что Бурлаков встретится с Медведевым напрямую для обсуждения сделки. После этого Бурлаков договаривается о встрече с Петровым. 16 мая 2008 года Малютин и Петров обсуждают некую встречу с “номером первым”. Испанское следствие предполагает, что речь идет о Владимире Путине. Позже в суде слушается разговор Наиля Малютина с Петровым: “Я с Сергеем связь держу, все нормально по кораблям, Верхний сказал, хорошо подумает”.

Формальный совладелец верфей Андрей Бурлаков был вскоре арестован в России, выпущен под залог и убит. Этому предшествовала попытка Юсуфовых убедить Бурлакова за бесценок отдать его долю, сообщила The Insider дочь Бурлакова Анастасия.


Бумажка от ФСБ и другие доводы защиты


Суд продолжается. Офицеры Гражданской гвардии Испании сообщают, что Трабер, по данным доклада французских спецслужб, был теневым сооснователем Петербургской топливной компании вместе с Владимиром Кумариным. В ответ на это адвокат Роберто Масорриага пытается предъявить суду “оправдательные” документы. Один из них составлен на бланке УФСБ по Санкт-Петербургу на Литейном проспекте и начинается обращением к самому Траберу “Уважаемый Илья Ильич!” Другой документ исходит от Выборгского городского суда. В обеих бумагах речь идет о том, что к Траберу никаких претензий нет.

Роберто Масорриага также заявляет, что Трабер знаком с “высшим  кадром CNI (испанской разведки)”, чтобы произвести впечатление на судью. В разговоре с The Insider Масорриага поясняет, что имеет в виду Хорхе Дескаяра (бывший посол Испании в США). Оказывается, на Майорке он был соседом Трабера и однажды полицейские из охраны Дескаяра заночевали у Трабера за неимением другого места, утверждает адвокат.

Особое впечатление на судью производит свидетель защиты Хесуса Ангуло, подозреваемый в отмывании денег Петрова и Малышева. Он заявляет, что располагает доказательствами невиновности Ангуло -это некие счета-фактуры, — но в итоге признает, что забыл оригиналы в своем офисе, и его отправляют домой.
Генералы в прослушках

20 марта разворачиваются баталии вокруг прослушек разговоров Петрова и его подельников (подробнее о прослушках читайте в следующем материале). Их переводят в реальном времени сразу несколько несколько переводчиков.

Судя по прослушкам, Петров находился на прямой связи не только с депутатом Резником, но и с генералом Николаем Ауловым (на тот момент — замдиректора ФСКН) и заместителем главы Следственного комитета Игорем Соболевским. Кроме того, Петров и коллеги обсуждают, например, Германа Грефа, который “толкает тему по невыдаче лицензий по золоту”, и Петров должен поговорить с ним, когда будет в Москве. Обсуждается некая проверка погранслужбы, когда «потрошили все вылеты» и “называли Славу”: “некрасиво, б…!” 1 ноября 2007 года Малютин звонит Петрову и сообщает, что Герман Греф приглашает его на банкет 12 ноября по случаю 160-летия Сбербанка. Греф и Малютин знакомы еще по петербургской мэрии: как рассказал The Insider петербургский бизнесмен, получивший убежище в Европе, в 90-е в кабинете Грефа был некий Наиль Анварович, представлявшийся “адвокатом”. Фамилии он не называл, но, судя по внешности, им и был Малютин.

11 декабря 2007 года Геннадию Петрову звонит Леонид Христофоров (он был допрошен в Петербурге по делу об убийстве Старовойтовой, предполагалось, что именно он помог достать оружие, из которого она была убита, сообщил в ходе суда прокурор Хуан Каррау). Христофоров сообщает Петрову: “Видел, выступал Медведев, попросил премьером стать ВВ? Ну, будет король без короны, вот и вся х…, а наш премьером, председателем всего правительства”. “Я думаю, это ненадолго”. “Х… его знает, х… угадаешь, все один человек решает”. “Ну, будем ждать очередных нововведений”.

В октябре 2007 года Петров общался со знаменитым авторитетом Дедом Хасаном (Асланом Усояном), позже застреленным в Москве из-за разборок по поводу бизнеса в Краснодаре.

В одном из разговоров, который оспаривают адвокаты, звучит слово “подделать” (документы). “Это значит просто доделать! Подделать имеет несколько значений”, — громко с места возмущаются обвиняемые. Переводчики с ними не согласны. В конце заседания подсудимая Юлия Ермоленко в гневе подскакивает к одной из переводчиц, судья кричит “полиция!”, и Ермоленко уходит.

Защитник Резника заявляет, что “Слава”, которого упоминают Петров и Трабер на прослушках, — это необязательно Владислав Резник (при этом, как уже писал The Insider, Резник до сих пор пользуется тем же мобильным, и голос его легко узнаваем). “В записной книжке Петрова было найдено несколько Слав!”, — заявляет адвокат и начинает перечислять. В списке, который должен доказывать честность Петрова и Резника, попадается некий “Слава Фикус”. Адвокаты пытаются доказать, что и “Генка”, упоминаемый в разговорах третьих лиц, может быть не Петровым, но это звучит еще менее убедительно.


Заключительное слово


Владислав Резник и Диана Гиндин, которым вменяют отмывание 7,3 млн евро методом покупки у Петрова фирм с записанными на них яхтами и виллами, а также покупку самолета на двоих с сыном Петрова Антоном, заявляют, что просто «оптимизировали управление своим имуществом». С точки зрения следствия Резник и Гиндин приобрели имущество Петрова, прекрасно зная, что оно приобретено на грязные деньги. “Резник является иностранным парламентарием, его осуждение осложнит отношения между нашими странами!”, — пугает судью адвокат Резника.

Прокуроры в заключительном слове заявляют, что считают существование тамбовско-малышевской ОПГ доказанным, а также доказанными часть эпизодов об отмывании денег. Для Резника просят 5 лет тюрьмы и 30 миллионов евро штрафа, для остальных — более мелкие сроки. Подсудимые демонстративно хмыкают и смеются. Для признавших вину в отмывании денег Леонида Хазина и Михаила Ребо прокуратура также запросила сроки, которые, однако применены не будут. Ребо, гражданин Германии, должен вместо этого получить запрет на въезд в Испанию.

Прокурор Хуан Каррау напоминает в заключительном слове, что, согласно заявлению самого Петрова, никакого бизнеса у него в России нет. Давным-давно он имел компанию “Петродин” и давал уроки бокса, но на этом все. Как он может объяснить происхождение своих миллионов? На Майорке был записан моряком, а его друзья Леонид Христофоров и Аркадий Буравой — членами экипажа яхты, которая якобы предоставляла круизы. Это фиктивное оказание услуг, говорит Каррау.

Также прокурор Хосе Гринда заявил, что  группировка занималась “торговлей связями” — продвижением нужных людей на нужные посты в России благодаря своим знакомствам. Гринда отмечает, что "при Путине времена изменились. Группировка занялись не только отмыванием денег, но и отмыванием своего имиджа, в чем им помогают контакты с силовыми ведомствами России”.

Адвокаты подсудимых возражают, что широкий круг знакомств Петрова — Виктор Зубков, Николай Аулов, Анатолий Сердюков, офицер испанской разведки — как раз свидетельствуют о том, что он честный бизнесмен, который, кстати, был оправдан по делу о фальсификации греческого паспорта. Они добавляют, что никакой Тамбовской ОПГ вообще не существует, а значит нельзя вменять ни принадлежность к ней, ни отмывание средств.

Сами обвиняемые говорят о “кафкианстве”, а Андрей Маленкович (муж Юлии Ермоленко) даже заявляет в последнем слове: “когда судья Бальтасар Гарсон назвал операцию “Тройка” и арестовал мою жену, мне напомнило это сталинские тройки!” Впрочем, испанский суд, который во всем разобрался, Маленкович уважает.

На вынесение приговора может уйти несколько месяцев. Подсудимые -  резиденты Испании — находятся под подпиской о невыезде, а Владислав Резник и Диана Гиндин вернулись в Москву. Если их осудят, они просто не вернутся в Испанию.

 

Источник: "Инсайдер", 20.04.2018

Материалы по теме