Криминал
17.06.2014

Генерал Колесников окончательно покончил с собой с третьей попытки

Генерал Колесников окончательно покончил с собой с третьей попытки
  • Генерал Борис Колесников. Фото ИТАР-ТАСС
Кто заинтересован в молчании главы "банды борцов с коррупцией"?

Обвиняемый в фабрикации и "провоцировании" уголовных дел - в том числе против старших офицеров ФСБ - генерал ГУБЭПиПК МВД России Борис Колесников погиб в следственном изоляторе.

Несмотря на официальную версию ("самоубийство"), можно говорить, что такой финал был ожидаем после нескольких загадочных инцидентов в застенках с задержанным. В результате весьма странных событий МВД генерал последовательно получил трещину в челюсти и перелом черепа. Официально озвученные обстоятельства его смерти выглядят крайне неправдоподобно. Зато слишком многим было выгодно, чтобы генерал замолчал навсегда, в первую очередь - фигурантам его дел.

Как сообщают "Известия", бывший замначальника Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции (ГУЭБиПК) генерал Борис Колесников выбросился из окна в Москве во время проведения допроса в здании Следственного комитета в Техническом переулке. Сейчас он госпитализирован в больницу с тяжелыми травмами головы. Его защитники утверждают, что он отлучился со следователем на балкон на 6-м этаже, после чего прыгнул вниз. О его состоянии пока ничего не известно. Ранее адвокаты утверждали, что на Колесникова в СИЗО оказывается давление — у него были зафиксирована тяжелая травма головы, полученная при невыясненных обстоятельствах.

Инцидент произошел в 14.00 в здании СКР в Техническом переулке, где находится Главное следственное управление. Об обстоятельствах инцидента рассказали адвокаты генерала. Утром один из защитников поехал навестить Колесникова в СИЗО, однако там неожиданно узнал о том, что его увезли на допрос. Адвокат поехал в Следственный комитет. Как выяснилось, Колесников действительно находился там на допросе и давал показания об обстоятельствах получения им травмы головы в СИЗО.

— В какой-то момент следователь и Колесников пошли по коридору на балкон, который находится на шестом этаже. Там обычно все курят. Что именно там произошло, неизвестно, но следователь вернулся с балкона один. Он и сказал адвокату Чижикову, что Колесников прыгнул вниз, — рассказала адвокат Анна Ставицкая. — О состоянии моего подзащитного я пока ничего не знаю. Чижикова из кабинета не выпускают.

Как сообщил официальный представитель СКР Владимир Маркин [известный, кстати говоря, "экстрасенсорными" способностями - Руспрес], Колесников вышел в сопровождении конвойного в туалет, после чего, дождавшись того, чтобы его отстегнули от наручников, выбежал на балкон и бросился с высоты 6-го этажа вниз.

— Колесников проявлял неоднократно суицидальные наклонности, он два раза пытался свести счеты с жизнью в стенах следственного изолятора, — продолжает представитель СК России Владимир Маркин.

После второй попытки Колесников был госпитализирован в больницу с серьезными травмами головы.

СКР начал проверку обстоятельств самоубийства в здании Следственного комитета в Техническом переулке столицы бывшего замначальника ГУЭБ МВД Бориса Колесникова.

 

["Ъ", 17.06.2014, "Генерал Колесников не выдержал следствия": По версии защиты, после допроса, проведенного уже в присутствии адвоката Чижикова, генерал Колесников и следователь Новиков вместе вышли в коридор в сопровождении конвоя. Адвокат Георгий Антонов предположил, что они отправились курить на балкон, поскольку в СКР действует строжайший запрет на курение в кабинетах. По словам господина Антонова, ранее они неоднократно курили на этом балконе, продолжая начатый в кабинете разговор.

[...] наедине между ними мог зайти разговор, например, о подозрениях в адрес генерала, касающихся его причастности к незаконному обороту наркотиков. Напомним, что СКР назначил экспертизу по поводу того, могли ли находиться в полостях переданных генералу женой кроссовок запрещенные препараты, а если да, то в каком количестве [...]. Если бы экспертиза дала положительный результат, то под следствием могла оказаться уже супруга генерала, на попечении которой сейчас осталось трое их маленьких детей. А для генерала, который очень трепетно относился к своей семье, эта тема была крайне болезненной. Впрочем, защита и СКР по поводу проведенной химической экспертизы вчера ничего конкретного сказать не смогли. Более того, в комитете утверждают, что следователь Новиков не проводил следственных действий с господином Колесниковым без его адвоката, а кабинет покинул только после того, как конвой сообщил ему о самоубийстве генерала. — Врезка К.ру]

[rbcdaily.ru, 17.06.2014, "Адвокаты не верят в версию СКР о суициде заместителя Сугробова": Адвокат погибшего Анна Ставицкая со ссылкой на слова ее коллеги Сергея Чижикова, присутствовавшего на допросе Колесникова, рассказала РБК, что уже после допроса бывший полицейский вышел со следователем Новиковым из кабинета, а вернулся следователь уже один с криками, что Колесников выбросился из окна. Ставицкая не верит в версию СКР: по ее словам, расположение туалета и балкона в здании СКР таково, что ее подзащитный не мог беспрепятственно проделать этот путь. «Когда я его видела, он был напуган, подавлен, рассеян. Тем не менее, как сказал Чижиков, в день допроса он был в нормальном состоянии, ничто не говорило, что он собирается покончить с собой», — говорит адвокат. Ставицкая склонна считать, что ее теперь уже бывшему подзащитному могли сказать нечто такое, что «заставило его больной мозг переклинить». — Врезка К.ру]

 

Несколько дней назад адвокаты Колесникова уже направляли ходатайство в Следственный комитет и администрацию СИЗО «Лефортово» с просьбой остановить следственные действия с ним, а также сделать в специализированной клинике магнитно-резонансную томографию головного мозга.

Что касается обстоятельств, при которых генерал получил в СИЗО травму, его защитники склоняются к версии, что их ему кто-то нанес.

— Колесников сам пока не хочет говорить об этом, потому что боится за свою жизнь, — заявляла его адвокат Ставицкая. — Для меня уже очевидно, что ему были причинены телесные повреждения. У нас есть заключение судебного медика, в котором говорится о том, что характер травм указывает на то, что именно твердый предмет стучал по неподвижной голове, а не наоборот.

 

antonovb

Адвокат Колесникова Георгий Антонов. Фото pasmi.ru

 

Ранее другой адвокат Колесникова, Георгий Антонов, рассказал, что его подзащитный получил травму головы 4 мая 2014 года. 5 мая вечером генерала госпитализировали в ГБУЗ ГКБ № 5 ДЗМ, где врачи поставили ему диагноз — открытая черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга средней тяжести, мелкоочаговые ушибы обеих лобных долей, перелом лобной, теменной костей, ушибленная рана теменной области. В СИЗО адвокату сказали, что Колесников упал с подоконника, когда мыл окно в камере. Лечащий врач пояснил защитнику, что человек не мог получить такую тяжелую травму ни при падении с кровати, ни при падении с подоконника. Как утверждают представители защиты, травмы Колесникову были причинены для оказания на него давления с целью изменения его позиции по делу, а именно для того, чтобы он признал свою вину и выполнил требования дать ложные показания в отношении других фигурантов дела, в том числе бывшего начальника ГУЭБиПК МВД генерала Дениса Сугробова.

По факту получения травм Колесниковым Федеральная служба исполнения наказаний (ФСИН) также проводит проверку.

[Руководителем ФСИН является Геннадий Корниенко - Руспрес.]

Бывший руководитель Управления «Б» ГУЭБиПК генерал Борис Колесников является одним из главных фигурантов уголовного дела об организации преступного сообщества, превышении должностных полномочий и провокации взятки сотрудниками этого подразделения МВД. Сейчас по делу проходят 12 человек — сами оперативники, в том числе уже бывший руководитель ГУЭБиПК Денис Сугробов, а также их агенты. По версии следствия, оперативники фабриковали уголовные дела, провоцируя чиновников на получение взяток.

 

****
 
Влияния отца не хватило, чтобы спасти сына

 

Незадолго до смерти сына отец бывшего заместителя начальника ГУЭБиПК Бориса Колесникова — полковник милиции в отставке, заслуженный юрист Российской Федерации, почетный сотрудник МВД, кандидат юридических наук Иван Колесников дал показания следователю Сергею Новикову, в которых заявил, что предварительное следствие не обеспечило его сыну надлежащую защиту в СИЗО, а само уголовное дело было заведено не только для дискредитации антикоррупционного ведомства, но и для «физического устранения конкретных сотрудников полиции», включая его сына.

В ходе допроса Иван Колесников назвал возбуждение уголовного дела в отношении его сына незаконным, а предъявление ему обвинения и арест — преступными. «Обладая опытом как оперативной, так и следственной работы, я с огорчением и болью могу констатировать, что расследование данного уголовного дела не имеет ничего общего с законом, а по сути является реализацией репрессивных мер в отношении борцов с коррупцией,— говорит Иван Колесников.— Как юристу с многолетним стажем мне стыдно за то качество работы, которое демонстрируют сотрудники центрального аппарата Следственного комитета Российской Федерации. Если коротко, то так работать нельзя. На практике расследование уголовного дела в отношении Сугробова Д. А., Колесникова Б. Б. и других честных офицеров ГУЭБиПК МВД России и оказывавших им содействие гражданских лиц превратилось в репрессии с целью не только дискредитации антикоррупционного ведомства, но и физического устранения конкретных сотрудников полиции, включая моего сына».

По словам Ивана Колесникова, основанием для возбуждения уголовных дел по вмененным его сыну эпизодам якобы преступной деятельности являются утверждения о незаконности проводимых сотрудниками ГУЭБиПК МВД России оперативных разработок ряда коррупционеров и мошенников. При этом для проверки полученной оперативной информации полицейскими использовался оперативный эксперимент. По мнению СКР, проведение данного мероприятия при отсутствии официального заявителя является превышением должностных полномочий. «Это утверждение является очевидным заблуждением,— считает господин Колесников.— Во-первых, целью проведения оперативно-разыскного мероприятия является проверка сведений о подготавливаемом, совершаемом или совершенном преступлении, то есть не только по официальному заявлению, но и на основании оперативной информации, еще не достаточной для возбуждения уголовного дела. То есть объективная сторона преступного деяния еще не начала реализовываться, а оперативный эксперимент уже имеет право на жизнь. Во-вторых, действующим законодательством не определен исчерпывающий перечень источников той информации, которая может служить основанием для проведения ОРМ. Получение сведений от любого оперативного контакта (агент, просто лицо с гражданской позицией, любые другие лица), статья в газете либо сообщения в других СМИ, а равно и указание руководства также могут быть при определенных условиях основанием для заведения дела предварительной оперативной проверки и в дальнейшем проведения оперативного эксперимента».

По мнению полковника в отставке, складывается впечатление, что следствие полагает, что результаты оперативно-разыскной деятельности в целом и следственный эксперимент в частности являются единственными доказательствами совершения преступления. Очевидно, считает Иван Колесников, что это не соответствует действительности: на всем этапе расследования, начиная со стадии возбуждения уголовного дела, задержания лица по подозрению в совершении преступления, предъявления ему обвинения, избрания меры пресечения и пр., следователь, а затем прокурор и судья должны оценивать доказательства в совокупности. Результаты ОРМ в любом случае должны подтверждаться иными доказательствами. «Если их недостаточно, то никакой эксперимент не позволит привлечь невиновного к уголовной ответственности, а тем более осудить»,— отмечает Иван Колесников.

Изучив постановление о привлечении Бориса Колесникова в качестве обвиняемого, его отец пришел к выводу, что требования федерального закона «Об оперативно-разыскной деятельности» распространяются исключительно на оперативные подразделения. Это ошибка, считает господин Колесников. В ходе следствия, а также судебного разбирательства необходимо также принимать меры для проверки версии о наличии подстрекательских действий со стороны полиции в случае проведения оперативного эксперимента. «Если следователь, прокурор и судья этого не сделали, то почему сотрудник полиции должен нести ответственность за те последствия, которые наступили из-за ненадлежащего выполнения ими своих обязанностей»,— задается вопросом господин Колесников. При превышении должностных полномочий требуется прямой умысел, то есть осознание преступности деяния, наступления общественно опасных последствий и стремление к их наступлению. Нужно понимать, отмечает Иван Колесников, что подстрекательские действия — это не кража и не убийство, а понятие достаточно оценочное. На формирование умысла влияют не только действия и слова собеседника, но и масса других факторов. Если же оперативная информация о совершении общественно опасного деяния предшествует проведению оперативно-разыскного мероприятия, то вопрос о провокационных действиях вообще не актуален, считает господин Колесников. По его утверждению, оперативный сотрудник «просто обязан выбрать путь через оперативный эксперимент от человека к преступлению». «Во всяком случае, так учат всех студентов на факультете криминалистики, предлагая два пути раскрытия: от человека к преступлению и от преступления к человеку»,— отметил полковник Колесников в своих показаниях. Оперативник может получить информацию вне официального заявителя, как, например, агентурную информацию о коррупционере, когда данные агента закрыты государственной тайной; от любого другого источника, желающего остаться неизвестным; статья в газете, где журналист в той или иной форме изобличает какого-либо чиновника в коррупции. Такой информации действительно недостаточно для возбуждения уголовного дела, поэтому оперативник обязан на нее отреагировать, встав на путь внедрения и оперативного эксперимента в изобличении коррупционера по схеме от лица к преступлению, чтобы убедиться в умысле разрабатываемого, то есть в его криминальном интеллектуальном и волевом моменте субъективной стороны деяния.

«Также защитниками моего сына я ознакомлен с материалами, послужившими основаниями для избрания в отношении Бориса Колесникова меры пресечения в виде заключения под стражу,— сказал Иван Колесников.— В них содержатся результаты оперативно-разыскного мероприятия “оперативный эксперимент”, проведенного сотрудниками УСБ ФСБ России. Я подробно изучил содержание бесед Глобы, Чухлиба, Демина, Пирожкова и Боднара. При этом меня крайне удивила дальнейшая квалификация действий сотрудников ГУЭБиПК по данному эпизоду. В рассекреченных материалах, отражающих ход данных встреч, явно содержатся сведения о желании и согласии Демина получить денежные средства от Чухлиба. Более того, если бы Демин отказывался от встреч с Чухлибом, не желая получения от него денег, то квалификация с провокацией взятки была бы более оправданной. Однако Демин не только не отказывается от встреч, но в ряде случаев сам их назначает Чухлибу, прекрасно осознавая, о чем пойдет речь на этих встречах». По инициативе защитников, отметил в своих показаниях Иван Колесников, проведено независимое лингвистическое исследование, из заключения которого следует, что лицо, которое в сводках называется Деминым Игорем, не высказывало отказ (ни прямой, ни косвенный) или нежелание получить денежные средства от лица, которое в сводках называется Русланом. Более того, участник разговоров под именем Игорь и прямо, и косвенно выражает заинтересованность и согласие на продолжение неофициального общения с Русланом (сотрудничества, а позже и получения денег).

Также полковник Колесников заявил, что считает, что предварительное следствие не обеспечило надлежащую защиту его сына в СИЗО. В связи с этим полковник Колесников потребовал проведения в отношении Бориса Колесникова судебно-медицинской экспертизы, после чего в соответствии со ст. 154 УПК России выделить в отдельное производство уголовное дело по ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ, так как, по мнению ветерана МВД, «совершенно очевидно стремление неизвестных устранить его в связи с осуществляемой им служебной деятельностью». «Прошу это расценить в качестве официального заявления в порядке ст. 141 УПК РФ и дать мне официальный ответ в порядке ст. 145 УПК РФ»,— обратился к следователю господин Колесников. 

 

Источник: "Ъ", 17.06.2014

 

****
 
Коррупционное дело Сугробова продолжает жить в Смоленске

 

Как стало известно сегодня, в рамках расследования громкого уголовного дела об организованном преступном сообществе в главном управлении экономической безопасности и противодействия коррупции (ГУЭБиПК) МВД следователями СКР был задержан и с санкции суда арестован еще один подозреваемый — бывший оперативник этого главка подполковник Евгений Голубцов. По предварительным данным, ему инкриминируют участие в разработке бывшего сити-менеджера Смоленска Константина Лазарева. Его обвиняли в получении откатов при подготовке к празднованию 1150-летия города, но судом чиновник был полностью оправдан.

Бывший оперативник ГУЭБиПК подполковник Евгений Голубцов был задержан еще более десяти дней назад. По предварительной информации, претензии следователей СКР связаны с операцией ГУЭБиПК, которая была проведена еще в 2011 году в Смоленске.Тогда были задержаны несколько чиновников по подозрению в получении откатов в рамках заключения контрактов на благоустройство города, приуроченное к очередному юбилею. Самым высокопоставленным из них стал сити-менеджер Смоленска Константин Лазарев, которого обвинили в превышении должностных полномочий и мошенничестве. Чиновника отправили в Москву, где он сначала подписал признательные показания, но потом от них отказался, заявив, что на него оказывалось сильнейшее давление, в том числе и сотрудниками ГУЭБиПК. Впоследствии господин Лазарев был освобожден под залог, а позже полностью оправдан судом. В результате он стал первым потерпевшим в деле о коррупции в руководстве ГУЭБиПК и создании в этом ведомстве организованного преступного сообщества. Сам оправданный называл следствию фамилии нескольких сотрудников ГУЭБиПК, которые были причастны к его уголовному преследованию.

В середине апреля был задержан майор полиции Андрей Назаров. Ему предъявили обвинение в превышении должностных полномочий (ч. 3 ст. 286 УК РФ), выражавшемся в привлечении к ответственности заведомо невиновных лиц.

Следующим задержанным стал Евгений Голубцов. Во время расследования дела господина Лазарева он являлся сотрудником управления "Б" ГУЭБиПК, которое возглавлял один из нынешних фигурантов коррупционного скандала Салават Муллояров. Позже господин Голубцов перевелся в управление "Т", работающее по противодействию преступлениям в топливно-энергетическом комплексе. А перед Новым годом, за пару месяцев до начала первых арестов в ГУЭБиПК подполковник и вовсе написал рапорт об увольнении.

СКР ходатайствовал об аресте Евгения Голубцова по тем же основаниям, что и Андрея Назарова. Ему также вменяется в вину ч. 3 ст. 286 УК. Решение принимала лично и. о. председателя суда Наталья Мушникова, заключившая бывшего оперативника под стражу на два месяца.

Таким образом, общее число фигурантов дела ГУЭБиПК приближается к 20. Под стражей уже находятся более десяти оперативников и их руководителей. По нему же проходят трое агентов офицеров полиции. Кроме того, в деле стали появляться и бизнесмены, участвовавшие в схемах работников ГУЭБиПК. В конце мая был заключен под стражу предприниматель Сергей Ласкин, руководитель ООО "НПО "Призма"". Он был участником скандала о якобы имевших место махинациях по поставкам в Московскую область комплексов видеофиксации нарушений дорожного движения. В результате были задержаны несколько подмосковных чиновников, а господин Ласкин стал потерпевшим: у него якобы вымогали 17 млн руб. Но недавно потерпевший сам стал подозреваемым в соучастии в превышении должностных полномочий в рамках дела сотрудников ГУЭБиПК. Не исключено, в рамках этого дела могут появиться и новые задержанные, в том числе и из числа бывших и действующих сотрудников правоохранительных органов. 

 

Источник: "Ъ", 17.06.2014

 

****

Шестью днями ранее: расследователя "сердюковского" дела не помиловали

 

kollok

Владимир Колокольцев. Фото РИАН


Мосгорсуд отклонил апелляционную жалобу адвокатов бывшего начальника ГУЭБиПК МВД генерал-лейтенанта Дениса Сугробова на его арест. Доводы защиты, просившей изменить обвиняемому в организации преступного сообщества генералу меру пресечения на залог или иную, не связанную с лишением свободы, суд посчитал неубедительными. [...]

Защита сообщила суду, что родственники и коллеги Дениса Сугробова собрали 48 млн руб., которые готовы внести за его освобождение в качестве залога. Адвокат Антонов сообщил также, что за генерала готов поручиться 21 человек, среди которых министр внутренних дел Кабардино-Балкарии Сергей Васильев, известный боец Федор Емельяненко и не менее известная чемпионка мира по боксу Наталья Рагозина, которая в спортивных кругах носит прозвище Кувалда, а также общественность.

Представитель прокуратуры был весьма краток. Его возражения против изменения Денису Сугробову меры пресечения уложились буквально в 30 секунд.

В итоге суд отказал в удовлетворении апелляционной жалобы. Под арестом генерал Сугробов останется как минимум до 8 июля.

Олег Рубникович

 

Источник: "Ъ", 11.06.2014

 

****

 

Адвокат Сугробова обратился к Владимиру Колокольцеву


Георгий Антонов, адвокат Дениса Сугробова, бывшего начальника ГУЭБиПК МВД, обратился с открытым письмом к главе МВД Владимиру Колокольцеву, в котором предложил руководителю ведомства четыре пути: подать в отставку; остаться на своем посту и будучи юристом, официально возмутиться на незаконное и абсурдное обвинение; осуществить явку с повинной; признать халатность и согласиться на амнистию, как и Анатолий Сердюков.

В письме Георгий Антонов обращается к главе полицейского ведомства Владимиру Колокольцеву:

Уважаемый Владимир Александрович!

Ранее защитник просил Вас выступить личным поручителем в порядке ст.103 УПК РФ в отношении генерал-лейтенанта Сугробова Д.А., которого Вы лично называли своим другом и награждали за борьбу с коррупцией в свете Указаний Президента РФ. Для справки: апелляционная жалоба защитника на незаконное постановление об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу Сугробова Д.А. подана в суд защитником 12.05.2014 (дата слушания в Мосгорсуде еще не назначена).

Заверяю Вас со всей ответственностью, что многие сотрудники по всей России вверенного Вам Министерства отнесутся достойно к Сугробову Д.А. (не побоятся мести УСБ ФСБ РФ) и персонально реализуют свои права при слушании в Мосгорсуде в рамках ст.ст.103, 106 (коллективный залог из зар.платы) УПК РФ.

Со своей же стороны, мне, как гражданину не понятно Ваше молчание (а значит знак согласия) с фактическим унижением на международном уровне вверенного Вам Министерства, — иначе и быть не может, а именно:

Уважаемый Владимир Александрович! Дайте для себя оценку правового абсурда:

— потерпевшая сторона по тексту обвинения — УСБ ФСБ РФ явилась инициатором возбуждения настоящего дела и принимает активное участие в сопровождении дела, дополнительно склоняя офицеров к самооговору и оговору других, спекулируя на норме ч.2 ст.95 УПК РФ. При этом игнорируются нормы п.1 ч.1 ст.61 УПК РФ (заявленные потерпевшие от юридического лица), т.к. по смыслу толкования п.1 ч.1 ст.40 УПК РФ, ФСБ РФ относится к органам дознания и наделены полномочиями по осуществлению ОРД. Прошу признать следующую аналогию для абсурда на обывательском уровне: семье убитого доверили изобличать убийцу;

— уже треснул череп (именно треснул) у генерала Колесникова Б.Б. при не известных защите обстоятельствах получения травмы в СИЗО «Лефортово», при условии, что эксперт отрицает инерционную возможность получения тяжкой травмы и убежден во внешнем воздействии на череп генерала Колесникова Б.Б., которому Вы также жали руку, награждая его в борьбе с коррупцией. Колесников Б.Б. полностью деморализован и уже в своем страхе перед УСБ ФСБ РФ подписал заявление для ЕСПЧ, уже откровенно боясь за свою жизнь;

— федеральный военизированный Главк по борьбе с коррупцией и хищению бюджетных средств, офицеры которого обязаны выполнять приказы, имеющий право оперативно разрабатывать и другие оперативные службы, назван преступным сообществом в структуре МВД РФ, а руководитель Сугробов Д.А. создателем и организатором. Абсурд же заключается в том, что именно Высший надзорный орган страны планово и внепланово проверял федеральный оперативный Главк на законность ОРД, ДОУ и соглашался с привлечением к уголовной ответственности изобличенных в коррупции чиновников, а Вы подписывали докладные Президенту РФ в изобличении коррупционеров высокого ранга. В конце концов, давайте договоримся до следующего абсурда института соучастия в борьбе с коррупцией и более значимых по процессу юристов: следователь, прокурор, судья;

— видимо вменение по ч.4 ст.210 УК РФ (высшее положение в преступной иерархии) остается в качестве подарка Вам (Министру внутренних дел РФ);

— позор для страны на международном уровне, когда генерал-лейтенант Сугробов Д.А. вынужден в спортивном костюме из клетки Басманного суда оправдываться на весь Мир в том, что выполнял при Вашей поддержке Указания Президента РФ по борьбе с коррупцией, когда офицеры изобличали коррупционеров через внедрение и оперативный эксперимент на полученной оперативной информации о конкретном коррупционере, однако еще не достаточной для возбуждения уголовного дела, т.е., чтобы убедиться через оперативный эксперимент в доказательствах интеллектуального и волевого момента в субъективной стороне деяния изобличенного коррупционера или мошенника (не против его воли и не вопреки его желаниям на корысть);

— оцените для себя Вашу пассивную позицию и по мнению защитника (гражданина) именно Вашего унижения, когда по сути Вам предрешено выбрать один из четырех путей: первый — подать в отставку, как Вы требуете от руководителей всех уровней, если к уголовной ответственности привлекается их подчиненный (так называемый институт солидарной ответственности); второй путь — остаться в должности и, будучи юристом, официально возмутиться на недопустимый позор правоохранительной системы в целом через незаконное и абсурдное обвинение, когда в мыслях следователя Новикова С.А. под Вашим руководством оказался Главк в качестве преступного сообщества, т.е. с одеждами уголовного мира в изобличении коррупционеров по Указанию Президента РФ; третий путь — осуществить явку с повинной для ч.4 ст.210 УК РФ, как лицу, занимающему высшее положение в преступной иерархии МВД РФ, с дополнительным покаянием в том, что лично награждал Сугробова Д.А., Колесникова Б.Б. и других офицеров (ныне обвиняемых) государственными и правительственными наградами в борьбе с коррупцией, а также лично подписывал докладные записки Президенту РФ по изобличенным сотрудниками ГУЭБиПК РФ коррупционеров разных Федеральных уровней, и, соответственно, покаяться в институте соучастия преступного сообщества в иерархии Министра, т.к. следователь Новиков С.А. навязал мотивацию Главка по тексту обвинения для преступного сообщества в том, что они: «создали преступное сообщество (читай для борьбы с коррупцией) в целях получения званий, наград и премий» (редакция следователя Новикова С.А.), а Вы их действительно награждали, подписывали звания и видимо премии; четвертый путь — признать халатность и согласиться на амнистию, как согласился Ваш коллега по Правительству — Министр обороны Сердюков А.Э.

Уважаемый Владимир Александрович!, с учетом настоящего текста открытого письма, Прошу Вас поддержать меня в защите чести офицеров, занявших места в СИЗО ранее изобличенных и освобожденных в настоящее время из под стражи коррупционеров, которые ранее находились в институте покаяния, соглашались на досудебное сотрудничество со следствием с участием своих защитников, а также прокуроров в подписании таких досудебных соглашений в изобличении других коррупционеров, а теперь дают лживые показания при очевидном мотиве оговора офицеров, которых Вы награждали за борьбу с коррупцией.

Уважаемый Владимир Александрович!, в конце концов, мне уже просто тяжело как защитнику (по профессии адвокат без власти императивного воздействия) выступать перед Россией в защиту чести офицеров, которых Вы награждали. Прошу согласиться, что в такой ситуации мне было бы профессионально желательно увидеть Вас также защитником интересов офицеров, если Вы конечно избрали второй путь. Мне же действительно тяжело доносить свою мотивацию защиты по всем Субъектам России вверенного Вам Министерства. Однако заверяю Вас в том, что буду доносить свою позицию пока я жив, в СИЗО не «посажен» и мне не проломят череп, как генералу Колесникову Б.Б. в СИЗО «Лефортово» (и этот путь действительно является поведенческой мотивацией в дружбе), не смотря на вопиющий факт беззакония, когда следователь Новиков С.А. отвел меня из дела через недопустимые попытки допросить адвоката (защитника) в качестве свидетеля.

Поэтому предлагаю Вам — Уважаемый Владимир Александрович!, взяться за руки со мной в роли правозащитника офицеров и помнить о независимости оперативных служб в рамках ст.13 ФЗ «Об ОРД», т.е. об их обособленности и толковании в том, что неприкасаемых служб (даже УСБ ФСБ РФ) в демократическом государстве быть не может. Убежден, что в таком соучастии с защитником отстаивать право награжденных Вами офицеров и честное имя Главка — мы не пропадём по одиночке. Тем более если Вы, Уважаемый Владимир Александрович!, эти интересы в битве за имидж МВД РФ и, соответственно, страны

Убедительно Прошу дать мне ответ, как по тексту открытого письма, так и по просьбе выступить личным поручителем в Мосгорсуде в рамках ст.103 УПК РФ в интересах Сугробова Д.А.

Адвокат (защитник) Антонов Г.Б.

27 мая 2014 г.

Источник: pasmi.ru, 28.05.2014