Криминал
18.09.2012

Убитый поэт "неоднократно допускал высказывания в оскорбительной форме в адрес руководства Чечни" и лично Рамзана Кадырова

Убитый поэт "неоднократно допускал высказывания в оскорбительной форме в адрес руководства Чечни" и лично Рамзана Кадырова
  • «Ъ»

    Руслан Ахтаханов. Фото ria.ru

Показания чеченского киллера: "Как патриоты своей родины мы решили его убить"
Как стало известно "Ъ", арестованный на днях по делу об убийстве в Москве известного чеченского поэта Руслана Ахтаханова/ Зелимхан Каримов назвал на допросе принципиально новый мотив преступления: творческому деятелю якобы мстили за критику руководства Чечни. Его предполагаемый сообщник Майрбек Умаев, напомним, утверждал, что с поэтом он расправился за похищенные из фонда деньги. В СКР, впрочем, говорят, что обвинение против фигурантов дела будет строиться не только на их собственных признаниях.


На первом допросе 33-летний московский коммерсант, уроженец Чечни Зелимхан Каримов, известный также как Билл, написал явку с повинной, в которой изложил обстоятельства и мотив убийства Руслана Ахтаханова, совершенного вечером 15 ноября 2011 года на Беговой улице. По данным задержанного, инициатором преступления стал некий молодой человек, известный ему только по имени,— Ахмед. Как сообщил следователю Билл, незадолго до убийства они с приятелем Майрбеком Умаевым (арестован по обвинению в этом же преступлении в марте) ездили на родину и случайно познакомились с Ахмедом в Грозном. Сев за столик в одном из кафе, мужчины якобы стали обсуждать общественную и творческую деятельность господина Ахтаханова, придя к выводу о том, что тот в своих стихах и выступлениях "неоднократно допускал высказывания в оскорбительной форме в адрес руководства Чечни". "Как патриоты своей родины мы решили его убить",— написал Зелимхан Каримов в явке, отведя роль киллера неизвестному Ахмеду. Соответственно, два других участника преступления организовали материальное обеспечение операции. 

Примерно за неделю до покушения участники заговора прилетели в Москву рейсом из Минеральных Вод. В столице Каримов якобы передал Ахмеду оружие. "Пистолет принадлежит мне",— сообщил он следствию, указав, что в покушении был использован травматический аналог ПМ, переделанный под стрельбу боевыми патронами с глушителем. "Оружие я незаконно приобрел в Чечне",— пояснил задержанный. 

Согласно достигнутой договоренности, под планируемую акцию Майрбек Умаев купил у владельца-наркомана Ford Focus с заранее установленными на машину украденными госномерами. Вечером 15 ноября 2011 года Умаев на Focus подвез Ахмеда к дому N2 на Беговой улице, в котором жила будущая жертва, а после убийства вывез стрелка с места преступления. Зелимхан Каримов, по его словам, все это время ждал подельников в нескольких кварталах от Беговой в своем Ford Mondeo. Там все трое встретились, киллер Ахмед пересел в "незасвеченный" Ford Mondeo Каримова, а Майрбек Умаев погнал Focus в промзону на южную окраину Москвы, где попытался сжечь машину, чтобы замести следы. 

Раскаявшемуся Каримову было предъявлено обвинение в пособничестве в убийстве (ст.33 и 105 УК РФ), Савеловский райсуд Москвы арестовал его на месяц. Однако данные им показания не прояснили картину происшедшего, а запутали ее. Во-первых, поэт Ахтаханов скорее восхвалял руководство Чечни, чем критиковал его, а во-вторых — показания Билла не стыкуются с версией убийства, изложенной пять месяцев назад его сообщником Умаевым. Тот, напомним, тоже написал явку с повинной, но сообщил, что мстил не за стихи, а за деньги, якобы похищенные поэтом из фонда, финансировавшего восстановление Чечни

Интрига, впрочем, продержалась недолго. Уже на втором допросе обвиняемый сообщил, что пистолет на самом деле принадлежал не ему, а киллеру Ахмеду. Вчера же, после заключения договора и первой консультации с известным адвокатом Шамсудином Цакаевым, Каримов и вовсе отказался как от явки с повинной, так и от данных ранее показаний, заявив, что они были получены под давлением. По словам адвоката Цакаева, на вечер 15 ноября 2011 года, когда был убит господин Ахтаханов, у его клиента есть алиби. Напомним, что по той же схеме защищается и Майрбек Умаев — как только у него появился адвокат по договору, свои первоначальные признания он дезавуировал. 

Источник, близкий к расследованию, впрочем, пояснил, что изменение показаний, как и отказ от них, является распространенным методом защиты. Однако обвинение по делу будет строиться не только на признаниях предполагаемых убийц, но и на результатах экспертиз и "иных" доказательствах. В распоряжении следствия есть, например, биллинг сотовой мобильной связи чеченцев, из которого следует, что в момент убийства все они находились неподалеку от места совершенного преступления и переговаривались между собой. 

Сергей Машкин