Шоу-бизнес
13.07.2017

В графстве Суррей у Петра Авена случился приступ маниловщины

В графстве Суррей у Петра Авена случился приступ маниловщины
  • Петр Авен любит искусство. Фото Financial Times
Партнер Михаила Фридмана хочет открыть в Евросоюзе музей для российских трудящихся

Тяга российских миллиардеров к коллекционированию картин  может посоревноваться лишь к недавно проснувшихся в них страстью к возделыванию французских виноградников.  На данный момент только транспортному олигарху Андрею Филатову  удалось совместить оба хобби, и выпускать вино с изображением картин из собственной коллекции на этикетках. Совладелец «Альфа-Групп»  Петр Авен, конечно, мог бы усовершенствовать опыт и штамповать репродукции принадлежащих ему картин Марка Шагала, например, на бутылках виски Johnnie Walker, но он предпочел пойти другим путем.

В своем особняке в графстве Суррей (там где собирался разводить когда-то пчел Шерлок Холмс, а ныне во множестве обитают русские банкиры, как беглые, так и еще нет) Авен  поделился с журналистом The Financial Times мечтой своей жизни. Как рассказал банкир, он мечтает создать частный музей, где бы выставлялись работы из его коллекции. Открытие музея в Москве может быть осложнено многочисленными государственными сборами, а в Лондоне музей может быть просто не интересен. Поэтому Авен рассматривает вариант открыть галерею в Риге, откуда родом был его дед. «Я собираю все больше и больше. Русское искусство этого заслуживает», — говорит миллиардер. Основу коллекции Авена, которую он собирал на протяжении последних 25 лет, составляет русское искусство конца XIX — начала XX века. В ней есть работы Михаила Ларионова, Наталии Гончаровой и Василия Кандинского.«Это идет из детства. Мой отец не коллекционировал искусство, но мне хотелось видеть картины вокруг себя, как у его друзей, которых мы навещали, — поясняет предприниматель. - Я не просто хотел покупать искусство, но и создать коллекцию с нуля. Моя главная радость - привести все в порядок. Мне нравится расставлять книги на полках. Мне доставляет это огромное удовольствие».

Опыт работы с крупными музеями у бизнесмена уже был: экспонаты из его коллекции выставлялись в Еврейском музее в Москве, галерее Тейт в Лондоне, Музее современного искусства в Нью-Йорке и Королевской академии, где в этом году состоится выставка русского искусства. Еще ряд картин скоро отправится в Нью-Йорк и Тель-Авив.

Выбор работ для коллекции был ограничен. «Все главные работы советского искусства находятся в музеях, но вы можете найти дореволюционное искусство», — поясняет Авен. Свою первую картину он приобрел в 1993 году, это был натюрморт Павла Кузнецова 1920-х годов, и он обошелся бизнесмену всего в $5 тыс.

С тех пор он отслеживает работы, главным образом досоветской эпохи, на аукционах, выкупая их из частных коллекций, а иногда и непосредственно у потомков художников или других наследников. «Я никогда не покупал самолет или яхту.  Все мои деньги идут в искусство», — резюмирует миллиардер в интервью Forbes.

По словам Авена, если бы коллекцию он начал собирать сейчас, она была бы другой: «Это была бы полностью русская коллекция. Постепенно она становится международной. Меня привлекает связь между итальянским, немецким и русским искусством XX века, объединенных влиянием тоталитаризма».

Особая гордость миллиардера — советский фарфор с 1917 по 1941 год, выпущенный в Санкт-Петербурге на бывшем Императорском заводе. «Его было очень дешево собирать, когда я начал», — вспоминает он. «Русская живопись вдохновлялась Сезанном и Матиссом, но русский фарфор был оригинальным», — добавляет Авен. По словам бизнесмена, он рассчитывает, что однажды Музей Виктории и Альберта, крупнейший в мире музей декоративно-прикладного искусства и дизайна, сделает выставку на основе его коллекции фарфора.

Тем не менее любимым экспонатом миллиардер Авен называет картину «Красные домики»  (1922) Марка Шагала. «Я купил ее на аукционе Sotheby's в Лондоне в 2015 году [зарегистрированная цена — £3,3 млн]», — говорит он. «Выяснилось, что я неосознанно взвинчивал цену, конкурируя со своим деловым партнером Германом Ханом,  который также начал собирать произведения русских художников еврейского происхождения. Эта живопись одновременно и о России, и о еврейском взгляде на жизнь, которая есть вечное движение, и, конечно, это искусство высочайшего качества».

Авен — не первый потомственный рижанин, знающий толк одновременно в бизнесе и в искусстве. В этом городе жило несколько поколений предков продюсера Земфиры, советского разведчика и друга Семена Могилевича Шабтая Калмановича.  После убийства предпринимателя в 2009 году, его коллекция картин и фарфора также оказалась в руках Петра Авена. Детали, которыми сопровождалась смена собственника, неизвестны. Как сообщало агентство «Руспрес», продажа была осуществлена с согласия последней супруги Калмановича Анны Архиповой и его дочери Лиат, но вопреки воле другой жены Анастасии и еще одной дочери — Даниэллы.  Детали сделки, очевидно, знает только один лишь адвокат Лиат Калманович, Александр Добровинский,  - человек, «засветившийся» во многих скандальных историях, в частности, связанных с шантажом девелопера Полонского.

Александр Добровинский также является страстным коллекционером российского фарфора, кстати.